Автор Тема: Аборты  (Прочитано 23497 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 18150
    • Просмотр профиля
Re: Аборты
« Ответ #32 : Май 25, 2018, 11:18:18 pm »

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 18150
    • Просмотр профиля
Re: Аборты
« Ответ #33 : Февраль 25, 2019, 12:40:27 am »
Этот человек забирает абортированных младенцев из абортариев, чтобы помыть, одеть и похоронить по-человечески. Фото из коллекции Сауля Веги.


Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 18150
    • Просмотр профиля
Re: Аборты
« Ответ #34 : Март 01, 2019, 11:38:23 pm »
Maksim Soloĥin

Понятие "личность" и допустимость аборта.


Прежде всего, христианство внесло в понятие "ипостась" только одно новое содержание.
У Аристотеля ипостась (=первая сущность) была единичным экземпляром какой-либо сущности.
Например, Шарик - собака. Здесь "Шарик" - это ипостась, а "собака" - сущность.
Другой пример: Моби Дик - кашалот. "Моби Дик" - ипостась, "кашалот" - сущность.

Это была простая и очень правильная классификация понятий, которой на сегодня лучше всего соответствует деление существительных на нарицательные и собственные. Существительным собственным обозначают ипостась, а нарицательным - сущность. Это не точно, но правильно. (Уточняю: нарицательные существительные бывают не только сущностями, но и акциденциями. Например, Шарик - щенок. Здесь "Шарик" - ипостась, а "щенок" - акциденция, а не сущность. Также и собственные существительные бывают не только ипостасями, но уникальными акциденциями. Например, Луиза - тайфун. Здесь "тайфун" - акциденция, а "Луиза" не ипостась, а обозначение одной уникальной акциденции. Итак, чтобы освоить это смысловое деление, надо ещё разобраться с акциденциями, что это за категория и как акциденцию отличить от сущности.)

Однако Христос под эту простую классификацию не подходит. Потому что Он - ипостась, но не одной сущности, а сразу двух! Христос - человек (сущность). И Христос - Бог (сущность).

Чтобы обойти эту трудность, православные постулировали, что одна ипостась может быть представителем сразу двух разных сущностей.
Несториане, а равно и монофизиты, это новшество отрицают. Они настаивают, что если Христос - единая ипостась, то Он представитель богочеловеческой сущности (ересь монофизитов). А если там две сущности, то должно быть и две ипостаси, тем или иным способом объединенные в одну сложную ипостась: Иисус Христос - человек, а Сын Божий - Бог. А вместе ОНИ нечто единое (ересь несториан).

Православным требовалось привести пример, когда это в жизни бывает, чтобы у одной ипостаси было две сущности.
И такой пример легко нашелся.

Любой человек - это две разные сущности (душа и тело), однако эти две сущности объединены в одну ипостась, собственно конкретного человека. Что сущности две - это доказывается смертью и разлучением души от тела. А их единство очевидно для любого человека. Любой человек думает и ощущает (душой), что его тело - это он сам.

Недостаток этого примера состоял в том, что душу и тело, соединенные вместе, можно рассматривать как единую сложную природу. И потому появляется возможность на основе этого примера и Христа рассматривать как единую сложную Богочеловеческую природу. (Ересь армян.)

Православные такую возможность отвергли, указывая на то, что если единство человеческой и Божественной сущности во Христа рассматривать как особую природу, то возникает логическая возможность наличия множества христов, так что Иисус (ипостась) становится лишь одним из множества этих богочеловечных христов. Армян это возражение не смутило, и они остались при своем.

А православным пришлось признать, что точной аналогии ипостасному (а не природному!) единству двух сущностей просто-напросто нет. Это беспрецедентно, и точка. На сем разговор закончился.

Итак, новое в христианстве не "личность" как таковая, а лишь учение о человеческой природе как образе Бога.
Человек является образом Бога по своей природе и является таковым независимо от возраста, соц. положения и состояния ума. Даже в коме он все равно человек, то есть, образ Бога. Даже в гробу его тело - часть его ипостаси. И значит, по-прежнему образ Бога. Ведь и Христос был во гробе, но не перестал даже в этот момент быть Богом.

По-настоящему новое учение о личности появилось с момента, когда появилось понятие "личность", несводимое к понятию "ипостась".
Это началось с Фомы Аквината, который определил личность (persono) как разумную ипостась.
Тогда, например, собака - это ипостась, но не личность. А вот человек - не только ипостась, но и личность.
Вот с этого момента появилась возможность разных логических ходов.

А именно: является ли личностью человек в коме? зародыш? труп, наконец? ведь они не проявляют признаков разума, между тем Бог - сущность разумная. Так может быть, если человек по той или иной причине не личность, то он уже и не образ Бога?

Вот с этого момента появилась возможность отката от идеи, что всякий человек есть образ Бога, на прежние языческие позиции.

Итак, великие Каппадокийцы не вводили понятия "личности". И в абортах они не виноваты. Из их учения аборты никак не вытекают. Аборты вытекают из персонализма, который берет начало от Фомы Аквината.

Лосский пишет:

личность есть ипостась бытия, которая свободно ипостазирует свою природу. Таким образом, личностное существо в своих конкретных проявлениях не предопределено сущностью, которая придана ему извне, поэтому Бог не есть сущность, которая предшествовала бы Лицам. Когда мы называем Бога абсолютной Личностью, мы тем самым хотим выразить ту мысль, что Бог не определяется никакой ни внешней, ни внутренней необходимостью, что Он абсолютно свободен по отношению к Своему собственному бытию, всегда является таким, каким желает быть и всегда действует так, как того хочет, т. е. свободно ипостазирует Свою триединую природу.

Конец цитаты.

Говоря таким образом, Лосский связывает "личность" со свободой, делая образцом личности абсолютно свободного Бога. И вводит количественную меру "личности". Чем больше у тебя свободы, тем в большей мере ты - личность. Бог - "абсолютная личность", а все остальные - относительные личности.

Отсюда один шаг до имущественного ценза. Кто беден и не может сам себя прокормить, тот очевидно несвободен, а значит, и не личность, и не образ Бога. И его можно убить.
А уж о зародыше во чреве матери и вопрос не стоит!