Автор Тема: Япония во 2-й мировой  (Прочитано 12432 раз)

0 Пользователей и 3 Гостей просматривают эту тему.

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Япония во 2-й мировой
« : Январь 21, 2013, 12:28:29 am »
Как русский спас Киото

Киото для японцев - что-то вроде Иерусалима, священный город, на протяжении тысячи лет бывший столицей этой страны. Там одних только храмов больше тысячи, в основном деревянных.

В июле 1945-го года какие-то особо одарённые американские вояки включили Киото в перечень первоочередных целей атомных бомбардировок - горело бы действительно неплохо.

Город спас советник президента США по культуре, русский человек, сын владельца знаменитых Елисеевских магазинов в Санкт-Петербурге и Москве - он прорвался к президенту Трумэну, и тот своей рукой вычеркнул Киото из списка.

Мне кажется, уже только поэтому японцы могли бы наконец перестать торговаться за Курилы...

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #1 : Март 18, 2013, 09:21:59 am »
Битва за Кыску


Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #2 : Май 05, 2013, 01:01:43 am »
"ЗВЕЗДНЫЕ ВОЙНЫ НА ТИХОМ ОКЕАНЕ"

Андрей Игнатьев www.sanskrit.su

Войне на Тихом океане 1941-45 гг. посвящено огромное количество литературы, в том числе и на русском языке. Однако подавляющая часть ее содержит только описание хода боевых действий, и совсем мало работ, чьи авторы бы стремились осмыслить произошедшее в историософском ключе. Хорошим исключением является книга Сергея и Елены Переслегиных «Тихоокеанская премьера». Также небольшое внимание уделяется идеологии, господствовавшей в Японии до 1945 года, а там где и затрагивается эта тема, авторы как правило, не могут обойтись без заскорузлых штампов, вроде набившего оскомину «японского милитаризма», а теперь еще и тоталитаризма, как в книге И. Мазурова. Целью данного очерка является восполнить эти пробелы.
Конечно, боевые действия, шедшие на Тихом океане в 1941-45 гг., нельзя сравнивать по значимости и количеству задействованных сил с тем, что происходило во время второй мировой войны на советско-германском фронте. Там сражались с обеих сторон десятки, сотни тысяч, здесь – миллионы. Там нападавшая сторона всего лишь пыталась добиться мира на выгодных для себя условиях, прежде всего, допуска к ресурсам стран Южных морей, в которых так нуждалась Япония (японцы ведь не собирались оккупировать основную территорию США и уничтожить американцев как народ), в нашем же случае речь шла о выживании Советского государства и русского народа как такового. Однако война на Тихом океане интересна тем, что она побуждает представить себе фантастические битвы будущего, «звездные войны». Сами размеры Тихого океана впечатляющи, это многие тысячи километров водной глади, напоминающей безбрежные космические просторы. Возвышающиеся над этой гладью острова подобные планетам, а плавание на корабле и тем более полет на самолете напоминают путешествие в межзвездном пространстве. Крайний интерес представляет собой изучение применения обоими сторонами авианосцев – этих гигантских звездолетов гидрокосмоса, не могут быть оставлены без внимания и такие чудеса техники того времени, как американские стратегические бомбардировщики, радары, шифровальное дело, японские субмарины – авианосцы, карликовые субмарины и человекоторпеды – «кайтен», реактивные самолеты-снаряды для камикадзе «Ока». И, наконец, знаковым событием, во многом повлиявшим на послевоенную историю, были атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки. Применение технических средств не играло такой роли в нашей войне с Германией, как в тихоокеанской войне, и если первую можно сравнивать с яростной схваткой двух борцов-тяжеловесов, то вторую – с дуэлью киборгов. Мотивы Тихоокеанской войны нашли свое отражение и в американском масс-культе. Разве император Палпатин из культового фильма «Звездные войны» не напоминает японского императора, Дарт Вейдер – командующего Объединенным флотом адмирала Ямамото, а «Звезда Смерти» - суперлинкор «Ямато», способный выпускать полуторатонные снаряды на десятки километров?
Однако сам «сюжет» войны на Тихом океане весьма напоминает советско-германский фронт. Боевые действия и здесь, и там начались с неожиданного нападения одной стороны на другую. Как советское руководство думало, что Германия, пытавшаяся бомбардировками склонить к миру Англию, никогда не решится на войну на два фронта, так и западные аналитики пребывали в уверенности, что к декабрю 1941 года Япония увязла в продолжавшихся уже четыре года боевых действиях в Китае, и на войну с такими могущественными державами, как США и Англия, у нее нет сил. Хотя существует версия, что высшее руководство США во главе с Рузвельтом было прекрасно осведомлено о планах японцев начать войну, но, умалчивая об этом, сознательно провоцировало их, чтобы предстать жертвой в глазах общественного мнения. Кроме того, население США в большинстве своем не желало воевать, и будто для Рузвельта это был единственный путь вступить в войну. В эту версию охотно верят люди, которые всюду видят одни лишь хитроумные провокации. Люди этого же типа полагают, будто теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне 11 сентября 2001 года устроили сами американцы, а дома в Москве в 1999 году взрывали сотрудники ФСБ. Все это, конечно, невероятно. Ведь подобная провокация рано или поздно была бы раскрыта, что нанесло бы имиджу страны огромный ущерб. Так что оставим параноидальные версии параноиками. Нападение Японии действительно стало неожиданностью для США и их союзников: Англии, Голландии и Австралии, и отечественная историография никогда не ставила это под сомнение. Либералы и вообще антисоветчики часто обвиняют «тоталитарный сталинский режим» в том, что он «проспал» начало войны. Однако почему-то им не приходит в голову обвинять демократическую систему, существующую в США, в том, что янки проспали Перл-Харбор.
Триумфальное шествие наследников самураев, начавшись 7 декабря 1941 года, продолжалось вплоть до июня 1942 года и вполне сравнимо с немецким блицкригом первых месяцев Великой Отечественной войны. Уже 8 декабря японцы высадились в Малайе (тогда колония Англии) и на Филиппинах, принадлежавших США. 25 декабря пал Гонконг (в Гонконге англичане рассчитывали обороняться около полугода, но японцам для их разгрома потребовалось всего 18 дней), в течение января 1942 года англичане вынуждены были оставить Малайю, а 15 февраля капитулировала являвшаяся оплотом британского владычества в Юго-Восточной Азии крепость Сингапур. В начале мая японцы завершили оккупацию Филиппин, а еще ранее в их руках оказались все крупные острова Индонезии, называвшейся тогда Голландской Восточной Индией. В итоге к середине 1942 года Японская империя контролировала территорию в почти десять миллионов квадратных километров, а население оккупированных ее вооруженными силами стран составляло около 400 млн. человек.
При этом американцы и англичане вследствие своей глупости и нерасторопности терпели тогда неудач не меньше, чем Красная армия в первые месяцы войны. Приведу несколько примеров. В гавани Перл Харбора японские миджеты (сверхмалые подводные лодки) были обнаружены еще за час до начала воздушной атаки, чего и опасался командующий японским Императорским флотом адмирал Ямамото. Однако вследствие расхлябанности и неорганизованности общая тревога так и не была объявлена. На Филиппинах основная часть американских самолетов была уничтожена в первый же день войны, не успев взлететь, и сухопутные силы США остались без воздушного прикрытия. То же самое, как мы помним произошло и у нас в июне 1941 года. У англичан война также не заладилась. Сразу же после нападения на Перл-Харбор они направили к восточному берегу Малайи линкор «Принс оф Уэллс» и «крейсер «Рипалс». Прикрытия с воздуха корабли не имели, и этим британское командование подписало их экипажам смертный приговор. Это было все равно что посылать в бой пехоту без огневой поддержки артиллерии. Как следствие, оба корабля были потоплены японскими бомбардировщиками. Британская крепость Сингапур имела очень сильные укрепления с моря, но совсем не была укреплена с суши. Поэтому и оборонять ее от подошедших сухопутной дорогой японских войск было бессмысленно. Когда Уинстон Черчилль узнал об этом факте, он был крайне удивлен и сказал, что это все равно, что строить линкор без днища. Говоря о громких победах японцев, хотелось бы отметить, что в первый период войны их потери были гораздо ниже тех, которые несли их противники и побеждали они меньшими силами. Так, в Малайе 30 тысячам японцев противостоял 100-й тысячный корпус англичан. На Филиппинах число погибших и раненых американских солдат составило 30 тысяч человек, в плен попало 92 тысячи, японцы же потеряли только 12 тысяч.
Нам, людям, которых отделяет от описываемых событий почти семь десятилетий, даже трудно представить, какой шок они вызвали у современников. До начала войны никто и не мог предположить, что какие-то азиаты смогут наносить такие чувствительные поражения армиям белых «цивилизованных» наций. Считалось доселе, что японцы ввиду особенностей их рациона даже не способны быть хорошими летчиками. Также никто не мог и подумать, что японская армия сможет эффективно вести боевые действия в джунглях – среде, совершенно непривычной для жителей Страны Восходящего Солнца. По своим экономическим возможностям Япония была слабее не только своего главного союзника Германии, но и даже Италии, но японская армия таким образом продемонстрировала успехи, несравнимые с «успехами» итальянцев, которые терпели поражения везде, где только можно. Особенно большое впечатление японские победы произвели на население колониальных стран Азии. Они показали, что «цветные» вполне могут побеждать «белых». В Индии о могуществе японцев слагали легенды. Например, ходил слух, что в Мадрасе средь белого дня приземлился японский парашютист. Он поговорил с собравшимися индийцами на их родном языке, а затем на парашюте взмыл обратно в небо. Подобные симпатии к японцам подогревались обещанием премьер-министра Тодзио предоставить Индии независимость (что и было бы сделано, ведь для Японии Индия не представляла никакого стратегического интереса). 16 февраля 1942 года, на следующий день после захвата Сингапура, выступая на совместном заседании палат японского парламента, он заявил: «Наступил удобный момент: Индия, имеющая тысячелетнюю историю и богатые культурные традиции, должна освободиться от тиранического гнета Англии и начать строительство сферы сопроцветания Великой Восточной Азии. Японская империя рассчитывает, что Индия восстановит свое прежнее положение – станет Индией индусов; Япония будет оказывать всяческую помощь патриотическим силам этой страны». Поэтому неудивительно, что позже на «Токийском процессе над военными преступниками», среди подсудимых которого был и Тодзио, представитель Индии поставил под сомнение законность самого этого процесса. В Индонезии японцев поддержали мусульманские богословы, объявившие джихад белым колонизаторам. Использовать боевой характер ислама – в противовес христианству, насаждаемому колонизаторами – представлялось крайне важным делом для идеологов Японской империи. Кстати, ислам был признан в Японии в качестве одной из действующих в стране религий еще в 1939 году, а двумя годами ранее в Токио было закончено строительство соборной мечети, предпринятое по инициативе нашего соотечественника Габдерашида Ибрагимова. Так война стала мощным катализатором роста национально-освободительного движения, и после 1945 года все страны Южной и Юго-Восточной Азии обрели долгожданную независимость.
Однако, хоть и казалось, что экспансию японцев нельзя остановить, но все же она имела конец. Важное значение имел рейд Дулиттла на Японию в апреле 1942 года. Хоть он и не нанес большого материального ущерба, но подобно советским бомбардировкам Берлина в начале войны, оказал большое психологическое воздействие. Стоит только сказать, что американские бомбардировщики пролетели непосредственно над дворцом императора.
Однако «битвой за Москву» на Тихом океане стало морское сражение за атолл Мидуэй 4 июня 1942 года. Мидуэй (по-английски Midway, букв. «на полпути»), имел такое важное стратегическое значение, потому что владение им позволяло блокировать Перл-Харбор. Итогом сражения стало уничтожение американцами лучшей авианосной группы японского Императорского флота, состоящей из четырех современных авианосцев; погибли лучшие в мире пилоты морской авиации.
Битва за Мидуэй стала началом перелома в войне. Американцы воспаряли духом и стали действовать активнее.
А тихоокеанским Сталинградом стал покрытый джунглями остров Гуадалканал, принадлежавший к группе Соломоновых островов. Соломоновы острова ныне Богом забытый уголок земного шара, а тогда к ним было приковано внимание населения всей Америки. С августа 1942 года по февраль 1943 года здесь шли ожесточенные бои между японцами и американской морской пехотой. В воздухе японские летчики проявляли чудеса храбрости и самопожертвования. Особенно поразителен случай пилота истребителя «Зеро» Сабуро Сакаи. Получив тяжелое ранение в голову над Гуадалканалом и ослепнув на один глаз, с парализованными левой рукой и ногой, он тем не менее сумел возвратиться на базу, пролетев 560 морских миль на своем изрешеченном вражескими пулеметами самолете. Более того, несмотря на незрячий глаз, он вернулся в строй и даже сражался с американскими самолетами В-29 и, самое удивительное, дожил до конца войны. Всего на счету Сабуро Сакаи 64 сбитых американских самолета.
Однако янки удалось нанести поражение на море японскому флоту, который в результате лишился возможности доставлять на Гуадалканал подкрепления, продовольствие и боеприпасы. В итоге японцы на самом острове были разгромлены и вынуждены были оставить Гуадалканал.
После этого в боевых действиях последовал период затишья, в течение которого американцы продолжали накапливать силы для решительного наступления на Японскую империю. Прежде всего, шло строительство большого количества авианосцев. Увеличив свой авианосный флот во много раз, янки перешли в наступление, «перепрыгивая» с острова на остров. Важными вехами на этом пути стали острова Гилберта (Бетио, Макин, Тарава, ноябрь 1943г.), Маршалловы острова (Кваджелейн, Эниветок, Бикини, февраль 1944г.), Марианские острова (лето 1944г., и прежде всего Сайпан, захват которого продолжался с 15 июня по 9 июля, а также Гуам и Тиниан). Захвату Марианских островов предшествовала знаменитая Марианская битва. Как и немцы под Курском, так и японцы попытались взять реванш в генеральном морском сражении (так называемая операция «А») и выставили флот, насчитывавший 9 авианосцев, включая новейший, только что спущенный на воду авианосец «Тайхо». Однако японский флот был разгромлен (прежде всего, вследствие неопытности летного состава авиации, базировавшейся на авианосцах), реванш не удался. За этим последовали боевые действия на Филиппинских островах, чья активная фаза приходится на октябрь 1944 – март 1945гг., и захват стратегически важного острова Иводзима (февраль-март 1945г.). Именно на Филиппинах появилось столь поразившее умы западных людей явление, как камикадзе. Желающих познакомиться с ним поближе отсылаю к книге Рикихэя Иногути и Тадаси Накадзимы «Божественный ветер». Однако камикадзе так не суждено было переломить ход войны. «Битвой за Берлин» на Тихом океане стал захват американцами острова Окинава (1 апреля – 21 июня 1945г.), ставший последней крупной операцией этой войны, дело до вторжения собственно на Японские острова, как известно не дошло.
Практически повсюду янки сталкивались с героическим сопротивлением японских гарнизонов. На острове Тарава из 5 тыс. японских солдат в живых осталось всего 17 человек. При штурме атолла Кваджалейн американский танк подвергся нападению пяти японских офицеров, которые стали лупить по его броне своими мечами. Как пишет С. Э. Мирисон, «когда экипаж оправился от изумления, самураи были преданы почетной смерти, которой они, по свей видимости, искали». На острове Сайпан из 50 тысяч находившихся там японцев, военных и гражданских, погибли практически все, причем гражданские лица в массовом порядке кончали жизнь самоубийством. На штурм острова Иводзима американцы отводили четыре дня, а на практике он занял пять недель. На острове Иэ (небольшой островок возле Окинавы) в контратаках, организованных японцами, участвовало и гражданское население, в том числе и молодые женщины с младенцами на спине, вооруженные гранатами и взрывчаткой.
Ожесточенному характеру сопротивления японцев способствовало то, что в японской армии запрещалось сдаваться в плен. Излюбленное занятие либералов это нападки на «сталинский режим» за то, что красноармейцы, сдавшиеся в плен, считались предателями, а Лев Мехлис даже заявил, что те, кому угрожает в плен, должны совершить самоубийство. А вот в японской армии этот принцип был возведен в абсолют и претворялся в жизнь гораздо более последовательно. Таковы были еще традиции средневековых самураев. Поэтому если японцы брали в плен американцев по сравнению с убитыми в соотношении 1:3 (то есть один пленный к трем убитым), то сами сдавались в плен в соотношении 1:120 погибшим на поле боя. Сдаче в плен они предпочли совершение сеппуку или т.н. банзай-атаки, это когда японские солдаты во главе с офицерами, размахивающими мечами, бросались вперед под шквальный огонь противника. А классические образы советских героев Николая Гастелло и Александра Матросова, чуждые не только англичанам и французам, но и немцам, заставляют вспомнить знаменитых японских камикадзе.
С необычайно высоким боевым духом японцев связан и еще один феномен. Американцы во время наступления захватывали только стратегически важные острова и участки побережья крупных, на остальных же островах и территориях японцы оставались до конца войны. Лишенные подвоза продовольствия и боеприпасов, они тем не менее стойко держались и никогда не капитулировали. Так, к февралю 1944 года американцы блокировали четыре атолла из состава Маршалловых островов, которые он не посчитали нужным штурмовать. Вначале японцам еще удавалось доставлять продовольствие и боеприпасы осажденным гарнизонам на подводных лодках, но потом и эта нить оборвалась. К июлю 1944 года ежедневный рацион японских солдат на этих островах, составлявший 720 грамм риса, был урезан до 300 граммов, а к январю он и вовсе равнялся 70 граммам. Но тем не менее островные гарнизоны держались вплоть до капитуляции Японии. В итоге из 4700 солдат и офицеров, находившихся на одно из атоллов – Мили – на 1 февраля 1944 года, ко времени капитуляции около 1600 человек умерло от голода и болезней и еще 900 погибло в результате воздушных налетов американцев. А на других островах Тихого океана некоторые японцы, не зная, что война уже закончилась, продолжали партизанить спустя годы и десятилетия после 1945 года.
Так, лишь 10 марта 1974 года филиппинским властям сдался подпоручик Хиро Онода, которому к этому моменту исполнилось 52 года. Тридцать лет он скрывался в джунглях, нападая на филиппинских военнослужащих и полицейских, которых принимал за американцев. Вместе с ним было трое солдат, один из которых сдался в 1950 году, а двое других были убиты в перестрелках. Хиро согласился сдаться после того, как к нему приехал его бывший командир – майор Танигучи. Подпоручик, чья история потрясла весь мир, жив до сих пор и продолжает вести активный образ жизни. Он даже написал книгу о своих приключениях в джунглях. Но тридцать лет еще не предел. В апреле 1980 года сдался капитан Фумио Накахира, который 36 лет прятался в горах филиппинского острова Миндоро. А в мае 2005 года агентство «Киодо Ньюс» сообщило, что в джунглях острова Минданао обнаружены двое японских военных 87-летний лейтенант Иосио Ямакаве и 83-летний ефрейтор Судзуки Накаути. Трудно представить, что на месте этих людей оказались представители какой-либо европейской нации. На это способны только японцы, такой вот они удивительный народ!
Немного о капитуляции Японии и о том, что ей предшествовало. Известен давнишний спор о том, насколько применение американцами атомного оружия повлияло на решение японского руководства капитулировать. Отечественные историки всегда утверждали, что к началу августа Япония и так уже стояла на грани капитуляции, и в бомбардировке Хиросимы и Нагасаки не было никакой необходимости, однако американцы сбросили ядерные бомбы, прежде всего, чтобы произвести впечатление на советское руководство и сделать его более сговорчивым. С. Переслегин пишет, что инфраструктура Японии была к тому времени полностью разрушена, а запасы топлива на нуле, таким образом, японцы бы не смогли оказать никакого серьезного сопротивления армиям союзников, вторгнись они на Японские острова. Однако тогда американцы вряд ли всерьез верили в скорую возможность капитуляции Японской империи: предыдущие сражения с японцами показывали, что сдаваться в плен могут только простые солдаты, да и то единицы, но не высшие офицеры, да и перед глазами был пример Третьего рейха, который сражался до конца и чей фюрер предпочел покончить с собой, нежели капитулировать. А у японцев был имидж людей гораздо более стойких, чем у немцев. Сами американцы оправдывают атомные бомбардировки желанием сохранить жизни огромного количества своих солдат: было подсчитано, что для захвата островов Кюсю и Хонсю потребуется 5 млн. человек, при этом потери составят 1 млн. Немаловажное значение сыграло и опасение, что в случае продолжения войны к оккупации Японии (конкретно, острова Хоккайдо), пришлось бы привлекать и советские войска, и тогда наряду с социалистической Северной Кореей могла бы возникнуть и социалистическая Северная Япония. Тем более что практика показала, что Красная армия, чьи солдаты и офицеры прошли с боями пол-Европы, могла гораздо лучше бороться с японцами чем американцы: в то время как янки возились с Окинавой с ее 100-тысячным гарнизоном почти три месяца, советские войска разгромили миллионную Квантунскую армию всего за десять дней.
Большой интерес представляет собой официальная идеология, господствовавшая в Японии во время второй мировой войны. В отечественной историографии ее было принято называть «японским милитаризмом». В итоге получалась зловещая троица: германский нацизм, итальянский фашизм плюс еще японский милитаризм (хотя в СССР на всей протяжении его истории армия и ВПК играли не меньшую роль, чем в Японии до 1945г., и чего тут стыдится?). Отметим, что если нацизм, как и фашизм, являлись идеологиями, содержащими более современных элементов, нежели чем традиционных (например, расизм и социал-дарвинизм в немецком нацизме являются типичными идеологическими продуктами буржуазного общества, а идея «третьего рейха» и антисемитизм хотя и восходят к средневековью, но тоже весьма переработаны в современном духе), то тогдашняя идеология Страны Восходящего Солнца была в основе своей традиционна, хотя и реалии массового буржуазного общества, вполне сложившего к тому времени в Японии, наложили на нее свой отпечаток. Давайте рассмотрим по порядку ее составные части.
Во-первых, культ императора. Европейское слово «император» не очень хорошо передает японское понятие «тэнно». Император это монарх, политический лидер, пусть даже и помазанник божий, но мистическими функциями он не обладает. Тэнно же это мистический первосвященник и отец японского народа, считавшийся потомком богини Солнца Аматэрасу омиками («великая священная богиня, сияющая на небе»). Согласно преданию, правнук Аматэрасу Дзимму вступил на престол 11 февраля 660 г. до н.э. и с этого дня берет свое начало династия японских императоров. Поэтому в 1940 году торжественно отмечалось 2600-летие императорской династии. И хотя это только легенда, является фактом то, что в Японии никогда не прерывалась правящая (пусть и большую часть истории номинально) династия. Подобного не было ни в одной другой стране мира. Таким образом, сам статус тэнно намного выше, чем статус, например, китайского императора или халифа мусульман. У китайцев император это человек, как и все остальные, и правит он по мандату Неба. Если Небо отнимает у него этот мандат, то он может лишиться не только власти, но и жизни. Поэтому за время существования монархии в Китае сменилось немало династий, основателями которых могли быть либо совершенно безродные люди (например, Чжу Юаньчжан, основатель династии Мин либо и вовсе люди, не бывшие этническими китайцами (внук Чингисхана Хубилай, основавший династию Юань и маньчжур Фулинь, родоначальник Цинской династии, 1644 - 1661). У мусульман халиф также считался обычным человеком, который мог быть низложен по решению законоведов-факихов, что в Османском халифате нередко и происходило. У японцев же нельзя представить ничего подобного. Положение японского народа, управляемого тэнно, можно было бы сравнить с положением христиан, если бы ими непосредственно стал управлять сошедший с небес на землю Иисус Христос. Во время войны японские солдаты сражались прежде всего за императора, а потом уже за свою страну и народ, что является чертой сугубо традиционного мировоззрения, ибо лишь современные люди могут возводить на пьедестал некую массу («народ - источник власти», как пишут в современных конституциях, хотя народ, управляющий сам собой, это такая же нелепица, как барон Мюнхгаузен, вытащивший сам себя за волосы из болота), в традиции же в центре стоит субьект – личность. Но при этом культ императора был скорее культом места, а не конкретной личности, в отличие от культа Ленина, Сталина, Гитлера и Муссолини. Это было связано с тем, что император был именно лидером традиционного типа, получившим свой трон по наследству, а не харизматическим вождем, захватившим власть в упорной политической борьбе. Однако и авторитет императора был намного выше, чем авторитет перечисленных выше вождей. Именно поэтому американские оккупационные власти отказались от попыток упразднить монархию и отдать императора Хирохито под суд как военного преступника. Таким образом монархия, хоть и утратившая во многом свой сакральный ореол, сохранилась в Японии до сих пор.
Вторым важным элементом японской идеологии того времени был бусидо - самурайский кодекс чести. Однако в Японии в эпоху правления сёгунов самураи были замкнутым привилегированным сословием, которому принадлежала монополия на военное дело. Другими сословиями были крестьяне, ремесленники и торговцы (такое деление ввел в начале 17 века сегун Иэясу Токугава), и кодекс бусидо на них не распространялся. Так, сеппуку обладали правом совершать только самураи. Но после революции Мэйдзи сословие самураев юридически было отменено, а в 1872 году была введена всеобщая воинская повинность. В итоге идеалы бусидо стали распространятся на все общество, ибо служить в армии должны были все мужчины. Такое идеологическое воспитание имело определенный успех, японские солдаты отличались стойкостью и храбростью, но все же наилучшие боевые качества демонстрировали именно потомки самураев у которых любовь к военному делу вошла в плоть и кровь, и именно они составляли во время войны большинство смертников – камикадзе.
В качестве третьей части можно выделить собственно японский национализм («дух Ямато»), в отличие от национализмов европейских народов имевший ярко выраженную мифологическую и религиозно-мистическую основу. Все японцы считались порождением божественных духов природы – ками, все же остальные народы, согласно мифу, образовались из последа, вышедшего при родах. Поэтому японские националисты насмехались над европейцами: «Белые верят в то, что они произошли от обезьяны, народ же Ямато произошел от богов. А поскольку над японской нацией стоял император-тэнно, отсюда возникло такое понятие, как кодо, которое можно перевести как «единство императорского пути». Смысл этого понятия заключается в том, что все японцы должны быть верными слугами своего императора.
С национализмом были тесно связаны «желтый» расизм и паназиатизм, составившие четвертый элемент идеологии довоенной Японии. Этот элемент не был традиционным, но возник он в качестве реакции на белый расизм, служивший идеологическим оправданием колониальных захватов западных держав, и таким образом, явился его аналогом. Из старинного текста было взято туманное выражение «Хакко ити у» («Восемь углов под одной крышей). Это выражение стало трактоваться как то, что все страны мира, «восемь углов», должны быть объединены под властью японской нации во главе с императором. Более конкретное выражение этот лозунг нашел в идее «Дай Тоа Кеэйкен» - «Великой Восточно-Азиатской сферы сопроцветания». Японцы должны были освободить народы Восточной Азии от господства белых колонизаторов и повести их к миру и благоденствию. Отметим, что во время второй мировой войны эта идея встретила немалую поддержку. В Китае на стороне японцев воевала миллионная армия из этнических китайцев. С японцами сотрудничал и видный деятель индийского национально-освободительного движения Субхаш Чандра Бос, создавший при их помощи ИНА – Индийскую Национальную Армию, сражавшуюся в Бирме с англо-индийскими войсками. Такие идеи и практика были вполне созвучны взглядам легендарного барона Унгерна, одного из первых выдвинувшего тезис о миссии желтой расы и мечтавшего о возрождении империи Чингисхана и великом походе в Европу с целью уничтожения современной буржуазно-мещанской цивилизации. И все же надо признать, что подобные идеи чужды японской традиции, японцам присущ более изоляционизм, а не экспансионизм. Вследствие изолированного географического положения страны японцы воевали всегда в основном друг с другом, если не считать раннего периода истории, занятого борьбой с туземными северными племенами (8-9в.). Другой, более короткий период внешней экспансии относится к концу 16 – началу 17 века. Этот период включает неудачную войну в Корее, которую вел в 1592 - 98 гг. Тоётоми Хидэёси, и завоевание Окинавы в 1609 году. Помимо этого, дайме (князь) провинции Симабара Мацукара Сигэмаса строил планы завоевания Филиппин, однако его смерть в 1630 году перечеркнула эти планы. Мечтам князя было суждено сбыться только спустя более чем триста лет – во время второй мировой войны.
Касаясь послевоенной истории Японии, можно сказать, что эта страна хоть и стала мировым лидером по производству телевизоров и магнитофонов (важнейшей предпосылкой «японского чуда» явились, кстати, американские военные заказы во время Корейской войны 1950 – 53 гг., о чем забывают пацифисты, часто ставящие в пример Японию в качестве «мирной страны») из реальной мировой истории она выпала основательно, в чем-то даже вернувшись к токугавскому периоду. Влияние Страны Восходящего Солнца на международные дела был гораздо меньше, чем влияние Израиля или Кубы после прихода к власти Фиделя Кастро, т.е. стран, чья численность населения и уровень развития промышленности были гораздо ниже. Япония была единственной из участвовавших во второй мировой войне великих держав, которая сохраняла приверженность традиционному пониманию войны. Согласно классической правовой концепции войны, война является как бы состязанием юридически равноправных сторон, которое заканчивается мирным договором, налагавшим на побежденную сторону некоторые обязательства (территориальные уступки, контрибуция). Такими и были войны «цивилизованных» наций до первой мировой войны включительно. Но вторая мировая война была совсем иной. В ней восторжествовало ветхозаветное понимание войны: «не оставить камня на камне», «истребить все дышащее». Противник рассматривался уже не как просто соперник, а как абсолютное моральное Зло, которое нужно уничтожить путем физического и культурного геноцида. Отсюда концлагеря и ковровые бомбардировки. Население побежденных стран должно начать жить с чистого листа; прошлое объявлялось «преступным». Примерно такому же геноциду было подвергнуто и население побежденного в «холодной войне» и распавшегося СССР… Японию и Германию эта участь постигла раньше. Однако, если сравнивать с Германией, то процесс перевоспитания японцев в духе пацифизма и насаждения «комплекса вины» был менее жестким и последовательным. Император хоть и отрекся от своего божественного происхождения, но монархия была сохранена. В новую, составленную писарями из штаба американских оккупационных сил конституцию было включено положение, согласно которому Япония отказывается от права вести войну и иметь армию, но на деле уже вскоре после окончания второй мировой войны в Японии вскоре были созданы т.н. «силы самообороны», к настоящему времени ставшие полноценной высокопрофессиональной армией. Сейчас на нужды обороны ежегодно выделяется 42 млрд. долларов, то есть почти в полтора раза больше, чем в нашей стране – и при этом официально в Японии нет армии!
В плане того что старый воинственный дух Ямато не умер, весьма показателен фильм «Зеро - легенда неба», снятый в 1984 году. В этом фильме воспевается японская авиация времен тихоокеанской войны, а американцы в начале фильма показаны чуть ли не дурачками. Трудно представить, чтобы в Германии был снят фильм, романтизирующий люфтваффе. Ветераны вовсе не стыдились своего боевого прошлого и пользовались уважением. Так, один из авторов плана удара по Перл-Харбору Генда Минори с 1962 по 1986 гг. был депутатом парламента и главой комитета по национальной обороне Либерально-Демократической Партии.
После войны стали постепенно возрождаться и старые имперские традиции. С 1966 года 11 февраля стал вновь отмечаться День основания государства. С 1975 года премьер-министр и члены правительства ежегодно посещают храм Ясукуни, где воздают почести обожествляемым воинам, павшим, в том числе и во время второй мировой войны. В 1989 году вступление на престол нового императора Акихито сопровождалось совершением множества древних обрядов, в т.ч. и общением императора со своей прародительницей богиней Аматэрасу. Еще в 1968 году министр сельского и лесного хозяйства Кураиси открыто высказался за пересмотр конституции и создание полноценной армии, а также собственной атомной бомбы. Тогда это выступление стоило министру его места. Но в последнее время руководство Японии взяло курс на психологическую подготовку населения к отмене «пацифистских» положений конституции и оснащению вооруженных сил ядерным оружием, под предлогом опасности со стороны КНДР. Однако свидетельством того, что в Японии подобный курс нравится далеко не всем, стало поражение правящей партии ЛДП на последних парламентских выборах. И все-таки, по-моему мнению, у Страны Восходящего Солнца нет сейчас альтернативы укреплению собственных вооруженных сил и даже возрождению мощного авианосного флота. И дело тут не в маленькой КНДР, а в растущем стремительными темпами гиганте Китае, с которым Япония в один прекрасный день может остаться один на один, ибо великодержавная мощь и желание США совать свой нос во все дыры тоже не будут вечными. Тенко хейка банзай!

http://www.nb-info.ru/revolt/jap41_45.htm

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #3 : Сентябрь 12, 2013, 01:07:36 am »
Путин отказался от Победы


Президент России Владимир Путин и японский премьер-министр Синдзо Абэ согласились с тем, что решение проблемы мирного договора может быть только по принципу "нет победителей и нет побежденных". Об этом сообщил сегодня журналистам пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.

"Абэ и Путин договорились, что на полях саммита АТЭС, который состоится через полтора месяца, они продолжат свое общение. Состоится еще одна встреча. Совсем вкратце, но акцентированно затронули тему мирного договора между Россией и Японией. И с обеих сторон было выражено понимание, что решение проблемы мирного договора можно достичь только на основах принципа "нет победителей и нет побежденных", - сказал представитель Кремля.

"Это то, что по-японски называется "хикивакэ" /судейский термин в борьбе дзюдо, означающий, что схватка закончилась ничейным результатом/. Путину, как дзюдоисту, очень знакома эта фраза", - отметил Песков.

http://russ-politics.livejournal.com/3805507.html

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #4 : Ноябрь 05, 2013, 01:03:30 am »
<a href="http://www.youtube.com/v/wtgvfVl6cl4" target="_blank" class="new_win">http://www.youtube.com/v/wtgvfVl6cl4</a>

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #5 : Ноябрь 16, 2013, 01:37:42 pm »


Наблюдая всяческие проявления польско-русской взаимной и горячей любви, всегда сожалею, что мы мало знаем о столь же крепких японо-китайских чувствах...
На фото - сортир одного из ресторанов в Харбине


Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #6 : Ноябрь 27, 2013, 03:38:43 am »
В Японии вновь тоскуют по человечине и "комфорт-леди"

История Второй мировой однозначно свидетельствует, что японские милитаристы нисколько не отставали от нацистов ни по количеству военных преступлений, ни по их жестокости. Пожалуй, даже холокост не дотягивает ни до количества, ни до качества зверств, творимых японскими оккупантами в Китае, Корее, Индокитае, на островах. Более того, в отличии от германских коллег, склонных к шаблонным действиям, японцы отличались креативом и нестандартными "решениями".



Кадр из художественного фильма «Город жизни и смерти», снятого по мотивам событий в Нанкине


6-я армия гитлеровцев, окруженная в Сталинграде жестоко страдала от холода и голода, и в конце концов была вынуждена сдаться.

В похожей ситуации оказались в конце войны японские войска в Китае и на островах Тихого и Индийского океанов, когда практически все пути снабжения гарнизонов были перекрыты американским флотом. Гарнизоны оставались без подкреплений, боеприпасов и еды. Но японцы в отличие от немецких союзников, быстро нашли выход, практикуя каннибализм.

Один из самых авторитетных специалистов по тому периоду, британский историк Энтони Бивор, указывает, что каннибализм охватил практически все гарнизоны, разбросанные по тихоокеанским островам, а также в материковом Китае и Бирме. В ходе войны в японский плен попали 132 134 солдата союзнических армий, домой из них не вернулись 35 756 человек.

Условия в японском плену были ужасающими. Над военнопленными издевались, оставляли без еды и медицинской помощи. Некоторых убивали ради развлечения, а ближе к концу войны - и ради питания. «Это были не отдельные случаи, а общая тенденция во всех гарнизонах в Китае и на Тихом океане, которые были отрезаны от поставок из-за действий флота США», - пишет Бивор. Большая часть таких случаев произошла на Новой Гвинее и Борнео.

Если же голодающим японцам не удавалось поймать вражеского солдата или местного жителя, то поедали и своих. Задокументирован случай каннибализма на архипелаге Тититзима, когда японцы убили и съели восьмерых сбитых американских летчиков. Из ряда ему подобных он выделяется тем, что в «трапезе» принимали участие не только офицеры, но и генерал с адмиралом.

Генерал-лейтенант Есио Татибама в августе 1944 года был командующим гарнизона в Чичи-Джима на острове Бонин. Однажды, напившись допьяна, он приказал поставить перед ним на колени двух пленных американских летчиков и обезглавил их. Но этого бравому генералу показалось мало. Он приказал извлечь у трупов печень и приготовить из нее сукияки – мясное блюдо с овощами. Это блюдо он и поедал в компании своих друзей. Позже убийства продолжились. И каннибализм тоже, хотя, как мы видим, на примере генерала, он не всегда был вызван голодом.

В 1946 году под суд по этому делу попали 30 человек. Пятеро из них были повешены: генерал Татибама, адмирал Мори, майор Матоба, капитан Иси и врач Тераки. Интересно, что статья за каннибализм в международном праве отсутствует. Людоеды были осуждены за «препятствование почетному захоронению».



Кадр из художественного фильма «Город жизни и смерти», снятого по мотивам событий в Нанкине


Вот еще воспоминания индийского военнопленного Ленса Наика Хатам Али, попавшего в плен на Новой Гвинее: «Японцы начали выбирать пленных. Каждый день солдаты убивали и съедали одного заключенного. Я сам видел, как это происходило. Около 100 пленных были съедены...»

Даже японский писатель Оока Сёхэй в своем романе «Огни на равнине» описывает случаи людоедства в японской армии. Тема каннибализма в его творческой интерпретации и есть сама сущность любой войны.
Но творческие интерпретации, это и есть творческие интерпретации, а каннибализм солдат микадо, как пишет Бивор, был частью «систематической и организованной военной стратегии».

Другой частью этой "стратегии" было превращение женщин из оккупированных стран в сексуальных рабынь для японской солдатни (многие из них также впоследствии были съедены). Это были тоже не единичные случаи, а государственная программа, осуществляемая японскими военными в оккупированных странах. И сегодня японские власти имеют наглость отрицать, что эта позорная практика имела место. Несмотря на то, что множество эпизодов было задокументировано, а некоторые ее жертвы выжили и смогли обвинить своих мучителей.

Пак Ён Сим – одна из корейских женщин, похищенная в «походные бордели» для японских солдат, что уже широко известно всему миру. Ей была навязана участь сексуальной рабыни до поражения Японии в войне. Вот ее свидетельство:

«В 14 лет я была продана в ателье одежды в квартале Хупхо портового города Нампхо (у Корейского Западного моря) и работала там кухаркой, а к марту 1938 г. попала на японскую «реквизицию девушек».

Японский рядовой полицейский насильственно конвоировал меня и 22-летнюю девушку в Пхеньян. В Пхеньянском вокзале, вижу, уже были 15 корейских женщин. Сначала в закрытом вагоне, а потом на машине увезли нас в китайский город Нанкин. Там было много японских казарм, а на улице Цзиньсюи – походный бордель, расположенный в трехэтажном доме. Здесь началась моя позорная жизнь сексуальной рабыни. Каждая комната была в размере 2×2,5 м, вокруг дома – заграждение из колючей проволоки". В первый же день прибытия несчастная была жестоко изнасилована, а в дальнейшем "клиентов" в сутки в среднем 30 солдат. То есть, сексуальных рабынь насиловали практически непрерывно. "Японские солдаты все, как один, бросились на меня, как злые звери. Если кто-то пытался сопротивляться, то немедленно следовало наказание: били ногами, кололи ножом. Или, если "проступок" был велик - рубили мечом голову...

Истощенных и заболевших, убивали и бросали в реку.



Казнь военнопленных японскими солдатами


Походный бордель был кромешный ад. Через года три меня перевезли в Шанхай, а оттуда – в Рашу под Рангуном в Бирме. Там под именем «Вакахару» мне пришлось обслуживать японских пехотинцев и танкистов. Через два года опять перевезли практически на линию фронта – на границу Бирмы и Китая. Каждый день под грохот снарядов и бомб я была вынуждена удовлетворить сексуальную прихоть десятков японских солдафонов. Почти все женщины, угнанные сюда в походные бордели, погибли от заболеваний, избиения и бомбежки.

Потом едва уцелевшие корейские женщины вместе с солдатами разбитой японской армии были направлены в лагерь для военнопленных в Куньмине Китая.

Позже я вернулась на родину, но калекой – из-за болезни сердца и расстройства нервной системы по ночам мечусь в бреду. Каждый раз, когда поневоле вспоминаются те страшные дни, все тело дрожит от жгучей ненависти к японцам.

Я жила, не зная ни семейного счастья, ни радости матери-роженицы. Думая о своем злосчастном прошлом, в моей памяти воскрешает множество соотечественниц, которые на чужбине подвергались всяким мучениям и стали неприкаянными душами. Тем более, что японское правительство бесстыдно устраивает всякие интриги, пытаясь скрыть свои преступления в тени истории.

Я призываю совесть мира оказать давление на японское правительство, чтобы оно признало преступления прошлого, взяло ответственность за них, и постаралось компенсировать понесенные страдания невинных людей».

Следует отметить, что есть свидетельства не только жертв, но и палачей - то есть японских граждан. Так, Сэйдзи Ёсида раньше служил в "обществе трудового служения государству", что было вспомогательной организацией японской полиции. В своих воспоминаниях на тему "Я так ловил корейцев", "Японцы и корейские женщины в «походных борделях»" он свидетельствовал, как оккупанты угоняли корейских женщин в «походные бордели» для своих солдат (как впрочем, и женщин из всех других захваченных ими стран).

В интервью с корреспондентом японской газеты «Хоккайдо симбун» он признался: «Я был непосредственно причастен к захвату корейских женщин для походных борделей, был охотником за рабами в буквальном смысле этого слова. По моей команде свыше 1000 корейских женщин были угнаны в бордели.
Происходило это так: мы прибывали в очередную деревню, и выгоняли всех женщин на улицу под контролем вооруженных полицейских. Если кто-нибудь пыталась бежать или сопротивляться, то ее сбивали с ног деревянным мечом. Не обращая внимания на слезы и крики, загоняли их палками в машины. Девушка это, или замужняя женщина, мать семейства, это никого не интересовало. Помнится, какую-то женщину забрали от грудного ребенка. А когда один 2- или 3-летний ребенок со слезами следовал за своей мамой, его подняли и с силой и бросили наземь. По правде говоря, речь шла не о "вербовке", а насильственном захвате женщин ...»

Немало подтверждений позорной практики японской военщины имеется и среди документов союзников. Госархив США рассекречивает и публикует все новые доказательства захвата женщин в походные бордели для японских солдат.

Недавно была оглашена документация штаба генерала Макартура от 1945 г., подтверждающая эти преступления.

Документ «Учреждение аппаратов для развлечения японских солдат» был составлен 15 ноября 1945 г. от имени главного командующего объединенными войсками Макартура. В нем написано, что японские торговцы в Корее по предложению командования японских войск угнали корейских женщин в походные бордели для солдат в Бирме и других местах. При этом они действовали с разрешения и по прямому указанию японской армии…

Однако в Токио в упор не видят эти доказательства, и продолжают отрицать очевидные факты.

Отметим, что в силу ряда причин, Японии удалось уйти от ответственности за ряд преступлений, и избежать процедуры, подобной "денацификации" в Германии.

Так, например, на Международном Трибунале по Дальнему Востоку – суде над японскими военными преступниками, проходившем в Токио с 3 мая 1946 года по 12 ноября 1948 года, тема каннибализма не поднималась. Уже упомянутый нами Бивор объясняет это тем, что власти США и Австралии вступили в сговор. Официально считается, что причиной было желание пощадить чувства родственников военнопленных. Однако по всей видимости речь может идти о некоем тайном соглашении с японцами. Ведь практически сразу американцы стали рассматривать Японию, как свой "непотопляемый авианосец" - форпост против СССР, Китая и стран оказавшихся в зоне советского влияния.

Есть и еще один момент. После бомбежек Хиросимы и Нагасаки Япония в глазах общественного сознания моментально превратилась из чудовищного палача в "жертву войны".

Азиатские дела мало интересовали лежащую в руинах Европу, для СССР японская кампания оказалась быстрой и победоносной, то есть без особого ожесточения, все внимание Москвы было приковано к чудовищным преступлениям нацистов на оккупированной советской территории. Американцы, австралийцы и британцы помалкивали по указанной выше причине. Ни Китай, ни Корея, не имели тогда ни соответствующих информационных ресурсов, ни международного влияния. В результате по ряду пунктов Токио сумело уйти от ответственности. И ни о каком покаянии, ни о какой компенсации жертвам речи сегодня не идет.

Но об этих преступлениях 70-летней давности говорить необходимо. Потому что не выученные уроки впрок не идут - и в сегодняшней Японии вовсю осуществляется героизация военных преступников, убийц-людоедов и насильников, усиливаются милитаристские и реваншистские настроения. И вот уже Токио предъявляет территориальные претензии к соседям - России, Китаю и Корее.

Петр Иванченко
20 ноября 2013 г.

http://mt.rostend.ru/blog/43405868776/V-YAponii-vnov-toskuyut-po-chelovechine-i-%22komfort-ledi%22?utm_campaign=transit&utm_source=main&utm_medium=page_1&pad=1

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #7 : Январь 17, 2014, 09:51:25 pm »
Умер Хироо Онода. Достойный был человек.


   
Хироо Онода

В Токио на 92-м году жизни умер бывший разведчик Хироо Онода, прославившийся тем, что сдался лишь через 29 лет после окончания Второй мировой войны, сообщает The New York Times. Все эти годы Онода скрывался на Филиппинах, куда его отправили шпионить за американцами.

Хироо Онода родился 19 марта 1922 года в центральной Японии. В 1942 году он поступил на службу в армию, где его отправили учиться на разведчика. В декабре 1944 года, когда Онода дослужился до ранга второго лейтенанта, его отправили на защиту от американцев филиппинского острова Лубанга, где он должен был заниматься саботажем.

В феврале 1945 года, после того как стало ясно, что войска США одерживают победу на Филиппинах, командир Оноды дал ему новый приказ: драться до конца и ждать помощи. «На это может уйти три года или пять, но мы вернемся за тобой», — пообещал командир.

Выполняя приказ, Онода продолжал скрываться на острове после капитуляции Японии. Он и оставшиеся с ним сослуживцы питались бананами, кокосами и рисом, которые крали у местных жителей. Периодически они угоняли и забивали коров. В то, что война закончилась, Онода не верил. Листовки, в которых говорилось о поражении Японии, он считал обманом с целью выманить его из джунглей. Периодически разведчик убивал забредших в лес людей, считая их вражескими разведчиками.

Японцы не раз организовывали поисковые миссии, однако они не принесли результатов, и в 1959 году Онода был официально признан погибшим. Обнаружить его удалось лишь в 1974 году японскому студенту Норио Судзуки. Лейтенант отказался возвращаться, сказав, что для этого он должен получить соответствующий приказ. Тогда на Филиппины была направлена японская делегация, в состав которой включили командира Оноды, который и приказал лейтенанту сложить оружие.

Онода официально сдался президенту Филиппин Фердинанду Маркосу, который согласился помиловать его. Вернувшись в Японию, где его встретили как героя, бывший разведчик вскоре уехал в Бразилию, где занялся разведением скота. Там же он женился на японской учительнице.

В 1984 году Онода с семьей вернулся на родину, где основал школу выживания для молодежи. Последние годы он проводил как в Японии, так и в Бразилии.

http://basmanov.livejournal.com/2400570.html

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #8 : Март 05, 2014, 09:42:22 pm »
Летучие мыши против Японии


Во время Второй мировой войны конфликтующие стороны активно искали новые способы ведения боевых действий для получения преимущества над врагом. Во многих странах разрабатывались новые виды вооружений. Однако это было не единственным направлением, в котором работали инженеры и ученые. Рассматривалось множество вариантов использования животных в боевых действиях. Например, в Соединенных Штатах рассматривался проект под кодовым обозначением «Рентген», заключавшийся в использовании летучих мышей в качестве доставщиков зажигательных бомб в битве за Японию.

Идея создания данного оружия принадлежит стоматологу Лайтелу С. Адамсу. Новый вид вооружения представлял собой бомбу с летучими мышами. Сама бомба — огромная, спускаемая на парашюте, пустая оболочка, которая наполнена летучими мышами, искусственно введенными в спячку. На определенной высоте оболочка должна была раскрыться, и летучие мыши, разбуженные теплым воздухом, вылетели бы из неё. К каждой летучей мыши прикреплялся маленький заряд с напалмом. Предполагалось, что после того как летучие мыши приземлялись на дома и деревья в Японии, маленькие бомбы взрывались, вызывая значительные пожары. Эффект по возгоранию при проведении операции должен был в десять раз превзойти эффект, вызываемый обычной бомбардировкой. Данный проект был одобрен президентом Рузвельтом, и в какой-то момент стал одной из главных американских военных стратегий.

По словам самого Адамса, идея летучих мышей-бомб пришла во время одного из путешествий. В интервью в Бюллетене Национального спелеологического общества, данного в 1948 году, изобретатель вспоминал: «Я только что побывал на юго-западе США в Карлсбаде в пещерах, и был впечатлен полетом этих животных… Может ли большое количество летучих мышей оборудовано зажигательными бомбами и сброшено с самолетов?»

В 1941-м году Адамс вернулся в пещеры и взял «на пробу» несколько животных. Кроме этого, он начал углубленно изучать рукокрылых. Стоматолог выяснил, что в Северной Америке самыми распространенными являются свободнохвостые летучие мыши. Эти млекопитающие при весе в 9 граммов могут нести груз в 3 раза тяжелее себя.

Тому, что этот довольно интересный проект дантиста Адамса действительно рассматривался в качестве одного из основных видов ведения войны, поспособствовала первая леди — Элеонор Рузвельт. В то время Элеонор служила в ОСС (Отдел стратегических служб). Этот замысел был одобрен руководителем ОСС — генералом Уильмом Донованом. С подачи американского президента Франклина Рузвельта осуществление операции с использованием летучих мышей-бомбардировщиков под личный контроль взял директор ОСС.

Президент попросил руководство военно-воздушных сил разобраться с практичностью проекта. В своем письме Рузвельт подчеркнул, что хотя идея данного оружия крайне необычна, изобретатель «в своем уме». На проект выделили несколько миллионов долларов. Заниматься мышами-бомбардировщиками поручили CWS (Chemical Warfare Service — армейская служба, ведающая химическим оружием) в сотрудничестве с американскими военно-воздушными силами.

Адамс и команда биологов принялись за работу и приступили к поиску и посещению мест, где в больших количествах обитали летучие мыши. В основном это были пещеры, хотя довольно много рукокрылых населяло сараи, чердаки, мусорные свалки и др. подобные места.

Сам доктор об этой работе рассказывал вот что: «Тогда мы облазили около тысячи пещер и трех тысяч шахт. Мы сильно спешили, поэтому ехали днем и ночью. Приходилось спать в автомобилях и сменять друг друга за рулем».

По мнению военных, летучие мыши — идеальное оружие. Во-первых, количество летучих мышей огромно: десятки и даже сотни миллионов. Во-вторых, эти животные могут переносить значительно больше собственного веса. В-третьих, в состоянии спячки летучие мыши не требуют ухода и питания. В-четвертых, они летают ночью, а днем спят.

Поначалу исследователи рассматривали в качестве «носителя» крупных летучих мышей Eumops perotisс. Размах крыла данных млекопитающих составлял порядка 50 сантиметров и теоретически они способны были нести бомбу массой около 500 граммов. Однако выяснилось, их количество относительно небольшое, поэтому было решено использовать бразильских складчатогубов.



Вторым кандидатом на роль носителя была более распространенная Antrozous pallidus. Эта летучая мышь была способна нести 85 граммов, однако, по мнению исследователей, она была недостаточно выносливой для проекта.

Летучие мыши, которых должны были использовать в качестве носителя зажигательного устройства, — свободнохвостые летучие мыши. Они имели массу около 9-15 граммов, но при этом были способны нести груз, который в три раза превышал их собственный вес, то есть животное можно было загрузить 28 граммами.

Крупнейшую колонию данных млекопитающих, насчитывающую от 20 до 30 миллионов особей, обнаружили в Техасе в пещере Ней (Ney Cave). Колония была такой большой, что для того, чтобы покинуть плотным потоком пещеру, летучим мышам требовалось около пяти часов.

Поэтому наловить этих рукокрылых в необходимом количестве с помощью сетей не составляло труда. Несколько сотен «пленников» было размещено в фургонах-рефрижераторах (это заставляло их впасть в спячку), а несколько животных было вывезено Адамсом в Вашингтон для демонстрации переноски муляжей бомб.

Контейнер-канистра, внутри которого летучих мышей сбрасывали с самолёта на парашюте. Во время падения он нагревался – мыши просыпались – открывался и выпускал поджигателей (фото с сайта biomicro.sdstate.edu)


Для «десантирования» летучих мышей предполагалось использовать контейнеры, состоящие из 26 полок-подносов. Каждая полка имела отделения для размещения 40 мышей. Мыши «вооружались» 17- или 28-граммовыми напалмовыми бомбами. Разработкой самих бомб занимался Луис Физер, американский химик, придумавший, как напалм использовать в военных целях. Сброс контейнеров на парашютах должен был осуществляться на рассвете с высоты 1500 м с бомбардировщиков. Медленный спуск давал возможность выйти мышам из спячки. На высоте около 300 метров над землей контейнеры раскрывались, и животные благодаря значительной высоте разлетались на большие расстояния. Движимые инстинктом летучие мыши устраивались на ночлег на крышах и чердаках, после чего срабатывали таймеры, воспламеняющие бомбы. Поскольку большинство построек в японских городах того времени строилось из легковоспламеняющихся материалов (дерева, бумаги и др.), эффект от такого оружия должен был быть ощутимым.

Конструкция зажигательных бомб для летучих мышей была разработана доктором Фиссером (L. F. Fisser). Зажигательная бомба — целлофановый пенал с загущенным керосином. Саму бомбу пришивали на груди мыши к складке кожи нитью или хирургической скрепкой. Разработали два варианта зажигательных бомб: 1) массой 17 граммов, горевшую 4 минуты и дававшую радиус воспламенения 25 см; 2) массой 22 грамма, горевшую 6 минут и дававшую радиус воспламенения 30 см. Миниатюрный взрыватель — подпружиненный ударник, который на месте удерживался стальной проволокой. Когда бомбы подготавливались к использованию, раствор хлорида меди вводился в полость, в которой находилась стальная проволока. Хлорид меди начинал разъедать проволоку, и спустя 30 минут, в момент, когда ее полностью разъедала коррозия, ударник резко сдвигался вперед, ударяя по капсюлю-воспламенителю и поджигая керосин.

По замыслу Адамса, 10 бомбардировщиков B-24, на борту которых находилось по 100 контейнеров, должны были, вылетев с Аляски, сбросить на города в бухте Осака более 1 миллиона летучих мышей-бомбардировщиков.

Результат, надо полагать, успешных испытаний (фото с сайта biomicro.sdstate.edu)


В марте 1943 г. при участии представителей штаба военно-воздушных сил США провели эксперимент под названием «Test of Method to Scatter Incendiaries» («Проверка метода рассредоточения поджигателей»). Главная цель эксперимента — «Установить возможность использования летучих мышей для доставки к вражеским объектам зажигательных бомб». 180 летучих мышей с муляжами бомб загрузили в картонный контейнер и сбросили его с самолета. На высоте около 300 метров контейнер автоматически открылся, и освобожденные мыши полетели прятаться в своих излюбленных местах. Мыши доставили «бомбы» в здания. Государственная комиссия признала оружие эффективным.

Для следующего эксперимента в Карлсбадских пещерах отловили около 3,5 тысячи летучих мышей. С B-25 с высоты 1,5 километра 21 мая 1943 года было сброшено 5 контейнеров с мышами с муляжами бомб. Эти испытания были не такими успешными: большинство млекопитающих от «зимней спячки» до конца не проснулось, не полетело и, упав на землю, разбилось. Однако это было не единственным осложнением: картонные коробки должным образом не функционировали, хирургические зажимы разрывали нежную кожу животных, и так далее.

Начальство военно-воздушных сил позднее провело инспекцию нового оружия. В Калсбаде на воздушной базе несколько мышей с бомбами вышли из спячки. Улетев, они спрятались в деревянные ангары на базе, спалив эти здания дотла. Этот инцидент также стал подтверждением потенциала нового оружия. Испытания продвигались довольно успешно, однако летом 1944 года, когда стало понятно, что боевых летучих мышей можно будет использовать не раньше лета 1945 г., командование проект закрыло. Предпочтение отдали атомной бомбе, работы над которой продвигались значительно быстрее.

Армейские испытания были завершены 29 мая 1943 г. Капитан Карр (Carr) в отчете об испытаниях написал: «Используемые в эксперименте летучие мыши в среднем весили 9 граммов. Они без каких-либо проблем несли 11 граммов, 18-граммовую бомбу несли удовлетворительно, однако вес в 22 грамма был им не под силу».

В последующих опытах задействовали около 6000 мышей. Военным стало понятно, что необходим новый парашют, который распечатает контейнер-канистру с задержкой времени, новые крепления для запальных бомб, упрощенный воспламенитель и т.д.

Капитан Карр в секретном сообщении от 8 июня 1943 года кратко доложил: «После того, как огнем была уничтожена большая часть испытательного материала, испытания были завершены». Для проверки эффективности устройства в пустыне построили типичную японскую деревню, на которую спустили летучих мышей с бомбами. Капитан не упомянул о том, что во время испытаний из-за халатности персонала дверь осталась открытой, и некоторые животные сбежали с настоящими зажигательными бомбами. В результате был сожжен ангар и автомобиль генерала.

О реакции военачальника нечего не известно, но вскоре после инцидента, в августе 1943 года, проект был передан флоту, который почему-то присвоил ему название Project X-Ray («Рентгеновские лучи»). В октябре 1943 года морские пехотинцы начали охранять четыре пещеры. Это было сделано, чтобы в случае необходимости захватить летучих мышей — за одну ночь можно было отловить до миллиона особей.

В декабре начались первые «морские» эксперименты с летучими мышами-бомбардировщиками. Во время испытаний животные совершили 30 поджогов. Историк Роберт Шеррод писал, что четыре поджога потребовали вмешательства профессиональных пожарных.

Проведение полномасштабных испытаний запланировали на август 1944 года. Однако, когда адмирал Эрнест Кинг понял, что к бою летучие мыши не будут готовы ранее середины 1945 года, он прекратил работы по проекту. К этому времени уже было потрачено около 2 миллионов долларов.

Хирург-стоматолог Адамс, который до последнего работал над «Рентгеновскими лучами», сильно огорчился. По его утверждениям, совершенные летучими мышами-бомбардировщиками поджоги, возможно, принесли бы больше разрушений, чем сброшенные на Хиросиму и Нагасаки атомные бомбы.


http://topwar.ru/39095-letuchie-myshi-protiv-yaponii.html
Опубликовано: 30 января, 12:08

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #9 : Май 19, 2014, 09:10:24 pm »
Русская судьба  самурая



Национальный герой Японии живет в российской глубинке
Воздушный ас императорской армии Японии, кавалер ордена Золотого Коршуна, летчик-истребитель старший лейтенант Еситиру Накагава пережил Вторую мировую войну, но живет он отнюдь не в Японии – в глухоманном калмыцком селе под Ики Бурулом. Нет, он ни от кого там не скрывается и не таится… Просто именно в этих степях нашел свою последнюю посадочную полосу, свой последний аэродром, и односельчане знают его, как бывшего тракториста-механизатора, простого сельского пенсионера…
А здешняя степь и в самом деле – аэродромного, нет – космодромного простора, и шоссе, бегущее напрямик из Элисты в Ики Бурул – так похоже на взлетную полосу. Едем в поселок Южный, в котором живет Еситиру Накагава, или самурай дядя Саша, как зовут его местные жители.
Когда я узнал о том, что в Калмыкии обретается бывший японский летчик-ас, я принял это за розыгрыш. Но жизнь намного прихотливее любой фантазии. И вот правда факта, о которой поведал 94-летний старец…
 Родом он из актерской семьи, жившей в Токио: девять сестер и два брата. Еситиру был старшим. Когда началась Великая Восточная Азиатская война (так называли в Японии Вторую мировую), Еситеру поступил в летное училище, но не закончил его – отправили на фронт. Так что доучиваться пришлось в воздушных боях над Бирмой, Филиппинами, под Сингапуром.
 
Воевал отчаянно – на его счету 18 сбитых американских самолетов. Поменьше, чем у «Рихтгофена Востока» - фельдфебеля Хиромичи Синахары – у того 58 побед, но все же достаточно, чтобы получить орден «Золотого Коршуна» и досрочно звание «тюи» – старшего лейтенанта.
 
За храбрость его причислили к касте самураев и вручили катану – традиционный самурайский меч.
В 1945-м Накагава был тяжело ранен – осколок американского зенитного снаряда повредил тазобедренный сустав. К летной работе старший лейтенант оказался непригоден, и его комиссовали. Красно-эмалевый крест Сёгунд-зинсё «за ранение» стал последней его боевой наградой. С ним он и уехал к родителям, которые жили в городе Тайохара (ныне Южно-Сахалинск). Именно здесь он и застал окончание войны. В город вошли советские войска, и Еситиру Накагава должен был пополнить ряды военнопленных соотечественников. Но самураи в плен не сдаются. У Еситиру был танто - кинжал самурая, и он сделал себе харакири. Военный врач Олег Терентьев зашил вспоротый живот и спас 25-летнего офицера. Спас ему жизнь, но не самурайскую честь. Кодекс чести «Бусидо» не признает неудачных попыток лишить себя жизни. Танто, кинжал для харакири, и скальпель хирурга перекроили судьбу аса. И для Еситиру началась новая жизнь – русская.
Почти восемь лет сибирских лагерей: Хабаровск, Томск, Новосибирск, Канск…
Моя тетка Тамара Ивановна Крылова, агроном, работала в те времена на Дальнем Востоке и имела дело с японскими военнопленными. В своей книге «Листки судьбы» она рассказывала:
«Из своего лагеря ходили они на работу по-военному, строем, повзводно и обязательно с одной и той же песней. Это была песня Лебедева-Кумача «Москва майская», а вернее, не вся песня, только один куплет и припев. Бывало, еще колонны не видать в тайге по дороге, а в утреннем свежем воздухе далеко слышно: «Страна моя, Москва моя, ты самая любимая!».
Пели они ее не все вместе, а повзводно. Пропоет первый взвод половину куплета, дальше эти слова поет второй взвод, ютом третий, затем опять первый взвод поет вторую половину куплета, за ним второй взвод эту же половину, потом третий и т. д. И этих слов им хватало надолго, потому как они повторялись по частям, поочередно и многократно.
Не знаю, был ли им известен смысл слов, но под бодрый жизнерадостный мотив веселей было шагать строем, и они очень любили эту песню.
Дисциплина у них была строжайшая, но подчинялись они только своим командирам. Бесполезно было рядовому солдату что-то объяснить или сделать замечание — он все проигнорирует, ты для него — пустое место. Выпалывает он, например, свеклу, а сорняк оставляет. Как ты ему ни показывай, что нужно делать наоборот, он будет продолжать делать по-своему. Но только начальник сделает ему замечание — он тут же начинает делать как надо, переделает весь ряд сначала и больше ни разу не ошибется.
Впрочем, работали они в основном добросовестно. Соревновались между собой. На поле впереди ставили красный вымпел — кто первый достигнет финиша. Пололи очень проворно, двумя руками.
Нужно было собирать огурцы на поле. Своих поставить не решалась — больше потопчут. Японцы работают аккуратнее и босиком. Объяснила ВК, какие огурцы собирать, в какую тару, и ушла на другое поле. Возвращаюсь к обеду и вижу, что все сидят и обедают, а один солдат стоит навытяжку. Спрашиваю, почему солдат не обедает.
— А он огурец кушай, кушай.
То есть, когда собирал, то съел один огурец, и за это его лишили обеда и поставили стоять, когда все сидели и обедали. Значит, они пока собирали, ни одного огурца не съели? Это по нашим меркам было поразительно. Говорю: вот вам ящик огурцов, кушайте. Они заулыбались, довольные. «Вот теперь можно кушай, кушай».
Еситиру Накагава попал на лесоповал, валил в тайге сосны, лиственницы… Зимой, в сибирские морозы, адская работа. Он и сейчас старается не вспоминать те восемь лет, которые он провел в лагерных бараках.
- Слева лежит – умирает. Справа сосед лежит – тоже умирает. Только губами шевелит «кушать хочу».
А он – выжил. Может быть, молодой организм сдюжил, может быть, после харакири жить хотелось с удвоенной силой…
В 1953 год ему разрешили выезд на родину, но к тому времени он полюбил русскую девушку - Таню Горбачеву.
 
Таежный роман под Канском обещал подарить ему сына. И он решил не возвращаться в Японию. К тому же над ним довлел позор недопустимого для настоящего самурая неудачного харакири.
 
Накагава принял советское гражданство и женился на Тане. Стали жить в Узбекистане, в Хорезмской области. Таня, кроме сына Лени, подарила ему еще и дочь Галю. Надо было содержать уже немалую семью, и Накагава колесил по бескрайней стране, нанимаясь на сезонные работы. Он умел летать и сбивать самолеты. Но это мастерство осталось по ту сторону жизни. И бывший летчик сел за рычаги трактора. Освоил несколько рабочих профессий и на лесоповале… В далеком Дагестане, куда занесли поиски работы, застала его скорбная весть о преждевременной смерти жены.
Он вернулся домой, отдал детей на воспитание родственникам жены, а сам снова отправился на заработки. В конце 60-х годов переехал в Калмыкию и поселился в маленьком селе Южном, где нашел новую спутницу жизни – местную вдову многодетную кубанскую казачку Любовь Завгороднюю, помог ей вырастить младшую дочку Оксану, сыновей Алешу и Игната. Работал осмотрщиком плотины Чограйского водохранилища, рыбачил, разбил собственный сад, хорошо ладил с односельчанами. Они звали его по-свойски – дядей Сашей.
 
Но на родине, в Японии, его помнили и искали, хотя и знали, что он совершил харакири. Мать не верила в его смерть до конца своей жизни...
 
 У него было два брата и восемь сестер, и они, через международный Красный крест сумели навести справки, что бывший японский офицер Еситиру Накагава не погиб в 1945 году, а живет в глубокой российской провинции. Они обратились в посольство Японии в России провести ДНК-экспертизу. И она подтвердило кровное родство живущих на Хоккайдо сестер и братьев Накагава с сельским пенсионером из калмыцкого поселка Южное. И тогда в Элисту приехала его младшая сестер Тоёку и увезла брата в Токио. Спустя полвека он снова оказался в небе на борту самолета, на этот раз, как пассажир. О чем он думал, пролетая над облаками? Вспоминал ли свои отчаянные воздушные атаки, или оживлял в памяти строки танку:
Дым, плывущий и тающий в небе лазурном.
Дым, плывущий и тающий, -
Разве он не похож на меня?
И еще жила в душе тревога: вдруг встретят земляки насмешками над его неудавшимся самурайским подвигом? Однако его встретили, как национального героя, летчика-аса, кавалера высших воинских наград.
- Я побывал на Хоккайдо, - рассказывает Еситиру. - Родные места со времен войны не узнать. Гостил у сестер в Саппоро. Побывал в городке Кибаи у младшего брата Йосиу – у него там свой ресторан. Посетил могилу матери, она умерла за 13 лет до моего возвращения. Оказалось, что мама не верила в мою гибель и все эти годы терпеливо меня ждала. Не зря говорят, материнское сердце не обманешь... А вот отец погиб в зиму 1945-го. Узнал, что любимый сын сделал себе харакири, от горя запил и замерз в сахалинских снегах.
 
Как ни хорошо в гостях, а Еситиру, к изумлению родичей, засобирался домой в Калмыкию. Его долго уговаривали, обещали персональную военную пенсию, комфортабельную квартиру в Саппоро, но он давно уже выбрал свой путь.
 
- Ну как же я мог оставить свою бабку? Как-никак, прожили около 30 лет. Ее в Японию тоже звали, но она наотрез отказалась: куда я, мол, без своих телесериалов? Да и родной язык я почти забыл, без переводчика приходилось изъясняться жестами. А потом шумно там очень и страшная теснота. У нас – просторы степные!
Он вернулся. Теперь его знали и в Калмыкии.
- Президент Кирсан Николаевич Илюмжинов подарил мне дом. – С благодарностью произносит Еситиру имя президента Калмыкии.
Домик не ахти, но все же каменный и с газовым отоплением. Теперь не надо запасать на зиму дрова. Правда, водяные трубы подтекают. Но это дело житейское… В свои немалые годы Накагава не бездельничает – ухаживает за садом, выращивает гусят. Есть в хозяйстве и одна курица.
- Почему только одна? А где петух?
И тут Еситеру рассказал историю про то, как сосед выбросил полудохлого цыпленка, а он его подобрал и выходил. С пипетки давал лекарство. Выросла замечательная курица-хохлатка, которая теперь дарит каждое воскресенье по свежему яйцу своему спасителю и хозяину. Завязалась самая настоящая дружба между кавалером ордена Золотой Коршун и курицей, которая, конечно же, никогда не попадет в бульон.
- Осенью 2007 года Еситиру Накагава, - рассказывает председатель общества калмыцко-японской дружбы Светлана Гиляндикова, - стал героем телевизионной передачи «Жди меня». В студии он встретился с разыскавшим его сыном Лёней и внучкой Эсен, которые живут в Башкирии. Леониду уже 60, всю жизнь он проработал сварщиком, по выслуге лет давно вышел на пенсию, вырастил двух дочерей.
Та встреча дяде Саше перевернула всю жизнь. Несмотря на свой более чем преклонный возраст и неважное здоровье, он хочет жить, чтобы видеться с Леонидом, у него появился стимул. Сын уже приезжал к отцу в гости, пишет письма, часто звонит. Кстати, они могли бы увидеться и раньше. Задолго до того в администрацию поселка (я тогда работала в нем главой) звонили редакторы телепередачи «Пусть говорят» и приглашали Накагаву на съемку. Мы собрали дядю Сашу и тетю Любу в дорогу, купили им выходную одежду и билеты до Москвы, а они в последний момент отказались ехать. Уговаривали их всем селом — бесполезно.
 
Как и любого нормального человека Еситиру Накагаву не радует столь повышенный публичный интерес к его персоне. Он не собирается выставлять напоказ свою жизнь, какой бы необычной она ни была.
 
Он давно ушел от житейской суеты, хотя люди не оставляют его в покое. К нему приезжают гости – не званые – из разных мест. Привозят подарки, один москвич вручил ему самурайский меч, который висит на ковре. Приезжали телевизионщики, сняли о нем фильм, беспардонно заставив старика обнажить живот и показать чудовищные шрамы от харакири. Для них японский летчик был живой сенсацией и не более того.
… Да, в годы Второй мировой Еситиру воевал на стороне стран Оси, сбивал американские самолеты. Но как это поставить ему в вину, когда через пять лет после окончания войны, советские асы во главе с легендарным летчиком Иваном Кожедубом, сбивали в Корее те же самые В-29, что и старший лейтенант Накагава? А он в это время в лагерном ватнике валил сибирские сосны… Как причудливы и эфемерны гримасы политики.
В Бирме он видел бои сверчков и ездил на слонах. Он видел императора Хирохито. Видел, как лопаются на 50-градусном морозе стволы сосен… Он многое видел за свою почти столетнюю жизнь.
На его лице непроницаемая маска, на ней ясно читается: не жалею, не зову, не плачу. Все прошло, кроме белого яблочного дыма. Яблони в саду Накагавы как и 94 весны тому назад снова в белом дыму. И еще цветет вишня.
- Сакура цветет. – Говорю я.
- Вишня. – Поправляет меня Еситиру.
Самолеты над Южным пролетают редко, раньше, бывало, пророкочет мотором биплан-кукурузник из сельхозавиации. А вот аисты кружат часто. И старый летчик внимательно следит за их полетом. Вспоминает ли он свой «накадзимо», истребитель, на котором бросался в воздушные атаки?
Спрашиваю:
- Еситеру-сан, а вы могли бы сегодня поднять самолет в небо?
- Нет. Сейчас кнопки другие.
- А если бы это был самолет, на котором вы летали?
Старик усмехнулся:
- Тогда смог бы… - И добавил. – Земля разная, а небо везде одинаковое.
И как тут не вспомнить строчки Исикавы Такубоку, написанные им за семь лет до рождения будущего аса:
Небо родины
Как ты далеко!
Я поднялся один
На высокую кровлю,
И печально спустился вниз.
 
Москва-Элиста-Ики Бурул
Фото автора и из архивов
 
 Николай Черкашин 16.05.2014 | 15:24  Специально для «Столетия»

http://www.stoletie.ru/print.php?ID=283791

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #10 : Август 06, 2014, 11:49:24 pm »
Японцы: «Мы ещё отомстим русским за Хиросиму!»


Подождите ругать меня за такой заголовок.
Сначала сообщение агентства РИА Новости.
«ТОКИО, 6 авг — РИА Новости, Ксения Нака. Церемония памяти жертв атомной бомбардировки Хиросимы началась в этом городе в 69-ю годовщину трагедии.
"Япония и впредь должна оставать мирным государством и идти по пути мира. Атомная бомба, отнявшая у детей любовь их семей и самое их будущее, безусловное зло", — заявил в традиционном выступлении во имя мира мэр города Хиросима Кадзуми Мацуи.
Каждый год в годовщину атомной бомбардировки американскими войсками Хиросимы, в парке Мира начинается торжественная церемония, посвященная памяти погибших.
В начале церемонии ее участники — премьер-министр Японии Синдзо Абэ, члены правительства, депутаты парламента, представители 68 государств — возлагают венки к мемориалу, после чего ровно в 8 часов 15 минут (03.15 мск) — час, когда на город была сброшена атомная бомба, объявляется минута молчания.
После выступления мэра в небо взлетают несколько десятков белых голубей, символизирующих мир.
В августе 1945 года американские пилоты сбросили атомные бомбы на японские города Хиросима и Нагасаки. От атомного взрыва и его последствий в Хиросиме из 350-тысячного населения погибли 140 тысяч человек, в Нагасаки — 74 тысячи. Подавляющее большинство жертв атомной бомбардировки были мирными жителями. В годовщину трагических событий — 6 и 9 августа — в Хиросиме и Нагасаки ежегодно проходят "Церемонии Мира".
В Хиросиме находится музей памяти жертв атомной бомбардировки. Здесь представлены подлинные вещи и свидетельства жертв бомбардировки. Так, один из экпонатов — трехколесный велосипед, обожженный и скрученный силой взрыва так, будто он сделан из проволоки, — невольно заставляет задуматься о том, какая страшная участь постигла ребенка, которому он принадлежал».
Такова публикация агентства РИА Новости:
http://ria.ru/world/20140806/1018948727.html
 
Только жаль, что Ксения Нака не сообщила еще один  печальный факт: все больше японцев считают, что бомбы на Хиросиму  сбросил… Советский Союз!
Вот публикация 2010 года:
«В современной Японии оценка атомной бомбардировки уже не столь однозначно. При ответе на вопрос, кто сбросил атомные бомбы, половина японских школьников назовут — Советский Союз. Не стоит удивляться такому ответу. По японским учебникам истории трудно понять, кто и как применил ядерное оружие. В результате по последним  социологическим опросам, часть японская молодежь воспринимает атомные бомбардировки, как неизбежно зло в войне, а не как сознательное стремление американцев увеличить количество жертв среди мирного населения Японии. Другие считают, что атомная бомбардировка дело рук СССР. Не удивлюсь, если через десять лет, японская молодежь будет считать, что атомную бомбу сбросила Россия, чтобы захватить японские Северные территории».
Полностью здесь:
http://vragi-naroda.net/?p=205
… Прошло еще четыре года. Япония только что приняла АНТИРОССИЙСКИЕ санкции. И облованенные американской пропагандой японцы аплодируют  свои властям, приговаривая: «Мы еще отомстим русским за Хиросиму!»
Так что смотря на один из экпонатов — трехколесный велосипед, обожженный и скрученный силой  атомного взрыва, — японец  думает о том, какая страшная участь  от бомбы русских  постигла ребенка, которому он принадлежал…
Промывание мозгов простых японцев продолжается…
Я бы очень хотел, чтобы сами, да, сами японцы заявили, что они знают, что это американцы сбросили бомбы, и что они НИКОГДА не  забудут эти чудовищные  преступления. И  что они знают, как Советская армия переломала хребет огромной Квантунской армии и освободила Японию от милитаризма.

Д.Маурин

http://maxpark.com/community/politic/content/2903955

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #11 : Октябрь 30, 2015, 04:45:41 pm »
ПОСЛЕДНИЕ САМУРАИ

После адовой той атаки
В пекле ядерном умирали
Хиросима и Нагасаки,
Как последние самураи.
С них вживую сжигали кожу,
Словно в соплах гигантских «Шатлов»…
А Япония всё не может
Отомстить ненавистным Штатам.
Затупили, видать, японцы
Древний меч благородной мести.
Путь страны восходящего солнца –
На закат самурайской чести.
Взять с Вьетнама пример бы надо
Хиросиме и Нагасаки.
А Япония служит НАТО
На правах побитой собаки.

Леонид Корнилов
09.08.15 г.

Vuntean

  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 16830
    • Просмотр профиля
Re: Япония во 2-й мировой
« Ответ #12 : Август 08, 2017, 09:31:17 am »
Почему капитулировала Японская Империя

Американский историк Уорд Уилсон о причинах капитуляции Японии и роли ядерных бомбардировок.


Применение Соединенными Штатами ядерного оружия против Японии во время Второй мировой войны давно уже стало предметом наполненных эмоциями дебатов. Сначала мало кто сомневался в правильности решения президента Трумэна сбросить две атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Но в 1965 году историк Гар Алперовиц (Gar Alperovitz) заявил, что хотя бомбы заставили японцев немедленно объявить о прекращении войны, лидеры этой страны все равно хотели капитулировать, и сделали бы это до начала американского вторжения, запланированного на 1 ноября. Следовательно, необходимости в применении этих бомб не было. А раз бомбардировки были не нужны для победы в войне, значит, бомбить Хиросиму и Нагасаки было неправильно. За прошедшие 48 лет в эту драку ввязались многие: кто-то вторит Альперовицу и осуждает атомные бомбардировки, а кто-то горячо спорит, что бомбардировки были высоконравственны и необходимы, поскольку они спасали жизни людей. Однако сторонники обеих точек зрения исходят из того, что бомбардировки Хиросимы и Нагасаки новым, более мощным оружием действительно заставили Японию капитулировать 9 августа. Они даже не подвергают сомнению полезность и целесообразность бомбардировок, не задают вопрос о том, дали ли они результат. Общепринятая точка зрения такова: да, конечно, результат они дали. Соединенные Штаты нанесли атомные удары по Хиросиме 6 августа, а по Нагасаки 9 августа, и тогда японцы, наконец, осознали опасность дальнейших бомбардировок, не выдержали и капитулировали. Такая повествовательная линия пользуется мощнейшей поддержкой. Но в ней есть три серьезных недостатка, и если рассматривать их в совокупности, они существенно ослабляют традиционное представление о причинах японской капитуляции.

Время

Первая проблема традиционной интерпретации заключается в сроках. И это очень серьезная проблема. В традиционном представлении все просто: ВВС США бомбят Хиросиму атомным оружием 6 августа, спустя три дня они сбрасывают еще одну бомбу на Нагасаки, и на следующий день японцы сигнализируют о том, что намерены сдаться. Вряд ли можно винить американские газеты за такие вот заголовки: «Мир на Тихом океане. Наша бомба сделала это!»

Когда о Хиросиме повествуют американские учебники истории, там главной и решающей датой называется 6 августа – день первой атомной бомбардировки. Все элементы этого повествования сосредоточены на предыстории: как решили создать бомбу, как шли секретные исследования в Лос-Аламосе, как прошли первые, очень впечатляющие испытания, и как наступила кульминация в Хиросиме. Иными словами, это история о Бомбе. Но в рамках истории о Бомбе невозможно объективно проанализировать решение Японии капитулировать. «История о Бомбе» уже предполагает, что роль Бомбы центральная.

С точки зрения японцев, самым важным днем второй недели августа 1945 года было не 6-е, а 9 августа. В тот день собрался Высший совет, чтобы обсудить вопрос о безоговорочной капитуляции – впервые за время войны. Высший совет состоял из шести главных членов правительства, которые в 1945 году по сути дела управляли Японией. Это был своего рода внутренний кабинет. До того дня японские руководители не рассматривали всерьез вопрос о капитуляции. Безоговорочная капитуляция (чего требовали союзники) была очень горькой пилюлей, и проглотить ее было сложно. Соединенные Штаты и Великобритания уже созывали в Европе трибуналы, чтобы судить военных преступников. А что, если они решат предать суду императора, которого японцы считали священной фигурой? Что, если они избавятся от него и полностью изменят форму государственного правления? Ситуация летом 1945 года была плохой, однако японские руководители не желали и думать об отказе от своих традиций, убеждений и образа жизни. До 9 августа. Что такого могло случиться, чтобы заставить их так внезапно и решительно поменять свою точку зрения? Что вынудило их сесть и впервые после 14 лет войны серьезно обсудить вопрос о капитуляции?

Вряд ли это была бомбардировка Нагасаки. Бомба была сброшен поздно утром 9 августа. Произошло это уже после того, как Высший совет начал заседание по вопросу о капитуляции. А новость о бомбардировке японские руководители узнали лишь после полудня – когда в заседании совета был объявлен перерыв, поскольку оно зашло в тупик, и понадобилась встреча всего состава кабинета, чтобы продолжить обсуждение. Если говорить о сроках и времени, то бомбардировка Нагасаки не могла стать причиной и стимулом для их решения.

Да и бомбардировка Хиросимы на эту роль не очень подходит. Бомба на этот город была сброшена тремя днями ранее. Что это за кризис такой, что для начала его обсуждения требуется три дня? Главная черта кризиса это ощущение приближающейся катастрофы и непреодолимое стремление как можно быстрее начать действовать. Могли ли японские лидеры думать о том, что Хиросима породила кризис, а потом три дня ждать, не обсуждая эту проблему?

16 октября 1962 года, в 8 часов 45 минут утра президент Джон Кеннеди сидел в постели и читал утренние газеты, когда к нему пришел советник по национальной безопасности Макджордж Банди (McGeorge Bundy) и проинформировал, что Советский Союз тайно размещает ядерные ракеты на Кубе. За 2 часа и 45 минут создали специальный комитет, выбрали и уведомили его членов, привезли их в Белый дом и усадили за стол, чтобы обсудить, что делать в такой ситуации.

Президент Гарри Трумэн 25 июня 1950 года отдыхал в Индепенденсе, штат Миссури, когда Северная Корея отправила свои войска за 38-ю параллель и вторглась в Южную Корею. Госсекретарь Ачесон позвонил ему тем субботним утром и сообщил эту новость. За 24 часа Трумэн пролетел пол-Америки и сел со своими главными военными и политическими советниками в гостевом доме Блэр-хаус (в Белом доме тогда шел ремонт) обсуждать первоочередные меры реагирования.

Даже генерал Джордж Бринтон Макклелан (George Brinton McClellan), командовавший Потомакской армией северян в 1863 году, когда шла гражданская война (президент Линкольн печально говорил об этом человеке: «Он такой медлительный!»), потерял всего 12 часов, когда ему вручили захваченную копию приказа генерала Роберта Ли (Robert E. Lee) о вторжении в Мэриленд.

Эти руководители, как и руководители любой другой страны, реагировали на те повелительные требования, которые возникают в результате кризиса. Каждый из них за короткое время предпринял решительные действия. Как сопоставить такого рода поведение с действиями японского руководства? Если Хиросима действительно вызвала кризис, который в итоге вынудил японцев капитулировать после 14-летней войны, то почему они три дня ждали, прежде чем приступить к обсуждению?

Кто-то может сказать, что такая задержка вполне логична. Скорее всего, они не сразу осознали значимость атомной бомбардировки. Возможно, они не знали, что это было атомное оружие, а когда поняли и осознали весь ужас последствий от его применения, то естественно решили, что им придется капитулировать. К сожалению, такое объяснение не стыкуется с фактами.

Во-первых, губернатор Хиросимы уже в день атомной бомбардировки доложил в Токио, что город подвергся удару, в результате которого треть населения погибла, а две трети Хиросимы разрушено. Эта информация не менялась в течение нескольких следующих дней. Таким образом, конечный результат бомбардировки был ясен с самого начала. Японские руководители узнали примерные результаты атомного нападения уже в первый день, однако действовать не стали.

Во-вторых, предварительный доклад группы специалистов из сухопутных войск, которая изучила обстоятельства и последствия бомбардировки Хиросимы, а также собрала свидетельства произошедшего, был подготовлен и передан наверх лишь 10 августа. Иными словами, доклад попал в Токио уже после того, как было принято решение о капитуляции. Устный доклад (военному командованию) прозвучал 8 августа, однако подробности бомбардировки стали известны лишь спустя два дня. Следовательно, решение капитулировать было основано не на глубоком понимании ужасов, произошедших в Хиросиме.

В-третьих, японские военные хотя бы приблизительно, но понимали, что такое атомное оружие. У Японии была программа создания ядерного оружия. Некоторые военные отмечали в своих дневниках, что Хиросима была уничтожена ядерным оружием. Военный министр Анами Корэтика (Anami Korechika) ночью 7 августа даже консультировался с руководителем японской программы по созданию ядерного оружия. Поэтому утверждение о том, что японское руководство ничего не знало о ядерном оружии, не выдерживает критики.

И наконец, есть еще одна неувязка со сроками, создающая большую проблему. 8 августа министр иностранных дел Того Сигэнори (Togo Shigenori) прибыл к премьеру Судзуки Кантаро (Suzuki Kantaro) и попросил его созвать Высший совет для обсуждения атомного удара по Хиросиме. Однако члены совета отказались. Так что кризис не нарастал день ото дня, пока, наконец, не проявился во всей своей масштабности 9 августа. При объяснении действий японских руководителей с упором на «шок» от бомбардировки Хиросимы следует принимать во внимание тот факт, что они думали о проведении заседания с целью обсуждения бомбардировки 8 августа, но потом решили, что вопрос этот слишком незначителен. А уже на следующий день они вдруг решили встретиться и обсудить условия капитуляции. Либо эти люди подверглись приступу коллективной шизофрении, либо были какие-то другие события, ставшие подлинной причиной для обсуждения капитуляции.

Масштабы

В плане истории применение атомной бомбы может показаться самым важным отдельным событием в войне. Однако с точки зрения современной Японии, атомную бомбардировку непросто отличить от других событий, как непросто выделить отдельную каплю дождя посреди летней грозы.

Летом 1945 года американские ВВС проводили одну из самых интенсивных в мировой истории кампанию по разрушению городов. В Японии бомбардировкам подверглись 68 городов, и все они были частично или полностью разрушены. Примерно 1,7 миллиона человек остались без крыши над головой, 300000 человек погибли, а 750000 получили ранения. 66 авиационных налетов проводились с применением обычного оружия, а в двух использовались атомные бомбы. Ущерб, нанесенный авиаударами с применением неядерных средств, был колоссальным. Все лето из ночи в ночь взрывались и горели японские города. Посреди всего этого кошмара разрушений и гибели вряд ли могло стать неожиданностью, что тот или иной удар не произвел большого впечатления – даже если он был нанесен удивительным новым оружием.

Бомбардировщик B-29, летящий с Марианских островов, в зависимости от местоположения цели и высоты нанесения удара мог нести бомбовую нагрузку весом от 7 до 9 тонн. Обычно налет совершали 500 бомбардировщиков. Это значит, что при типичном авианалете с применением неядерных средств поражения на каждый город падало 4-5 килотонн. (Килотонна это тысяча тонн, и она является стандартной мерой мощности ядерного боеприпаса. Мощность хиросимской бомбы составила 16,5 килотонны, а на Нагасаки упала бомба мощностью 20 килотонн.) При обычном бомбометании разрушения были равномерными (а следовательно, более результативными); а одна, пусть и более мощная бомба теряет значительную часть своей поражающей силы в эпицентре взрыва, лишь поднимая пыль и создавая кучу обломков. Поэтому можно утверждать, что некоторые авианалеты с применением обычных бомб по своей разрушительной мощи приближались к двум атомным бомбардировкам.

Первая бомбардировка с применением обычных средств была проведена против Токио ночью с 9 на 10 марта 1945 года. Она стала самой разрушительной бомбежкой города в истории войн. Тогда в Токио сгорел примерно 41 квадратный километр городской территории. Примерно 120000 японцев погибли. Это самые большие потери от бомбардировок городов.

Из-за того, как нам рассказывают эту историю, мы часто представляем себе, что бомбардировка Хиросимы была намного страшнее. Мы думаем, что число погибших выходит за всякие рамки. Но если составить таблицу по количеству людей, погибших во всех 68 городах в результате бомбежек летом 1945 года, то выяснится, что Хиросима по количеству погибшего гражданского населения стоит на втором месте. А если посчитать площадь разрушенных городских территорий, получится, что Хиросима четвертая. Если проверить процентную долю разрушений в городах, то Хиросима окажется на 17-м месте. Совершенно очевидно, что по масштабам ущерба она вполне вписывается в параметры авианалетов с применением неядерных средств.

С нашей точки зрения, Хиросима это нечто стоящее особняком, что-то экстраординарное. Но если поставить себя на место японских руководителей в период, предшествовавший удару по Хиросиме, то картина будет выглядеть совсем по-иному. Будь вы одним из ключевых членов японского правительства в конце июля – начале августа 1945 года, у вас было бы примерно следующее ощущение от авианалетов на города. Утром 17 июля вам доложили бы, что ночью авиаударам подверглись четыре города: Оита, Хирацука, Нумадзу и Кувана. Оита и Хирацука разрушены наполовину. В Куване разрушения превышают 75%, а Нумадзу пострадал больше всех, потому что 90% города сгорело дотла.

Спустя три дня вас будят и сообщают, что нападениям подверглись еще три города. Фукуи разрушен на 80 с лишним процентов. Проходит неделя, и еще три города подвергаются ночным бомбардировкам. Спустя два дня за одну ночь бомбы падают еще на шесть японских городов, в том числе, на Итиномию, где разрушено 75% зданий и сооружений. 12 августа вы заходите в свой кабинет, а вам докладывают, что ударам подверглись еще четыре города. Среди всех этих сообщений проскальзывает информация о том, что город Тояма (в 1945 году он был размером примерно с Чаттанугу, что в Теннеси) разрушен на 99,5%. То есть, американцы сравняли с землей практически весь город. 6 августа нападению подвергся только один город – Хиросима, но согласно поступившим сообщениям, ущерб там огромен, и при авиаударе была применена бомба нового типа. Насколько этот новый авианалет выделяется на фоне других бомбежек, которые длились неделями, разрушая целые города?

За три недели до Хиросимы ВВС США совершили налеты на 26 городов. Из них восемь (это почти треть) были разрушены либо полностью, либо сильнее, чем Хиросима (если считать, какая часть городов была уничтожена). Тот факт, что летом 1945 года в Японии было разрушено 68 городов, создает серьезное препятствие тем, кто хочет показать, что причиной капитуляции Японии стала бомбардировка Хиросимы. Возникает вопрос: если они капитулировали из-за разрушения одного города, то почему они не капитулировали, когда были уничтожены 66 других городов?

Если японское руководство решило сдаться из-за бомбардировок Хиросимы и Нагасаки, то это значит, что их тревожили бомбежки городов в целом, что удары по этим городам стали для них серьезным доводом в пользу капитуляции. Но ситуация выглядит совсем по-другому. Спустя два дня после бомбежки Токио отставной министр иностранных дел Сидэхара Кидзюро (Shidehara Kijuro) выразил мнение, которого в то время открыто придерживались многие высокопоставленные руководители. Сидэхара заявил: «Люди постепенно привыкнут к тому, что их бомбят каждый день. Со временем их единство и решимость только окрепнут». В письме другу он отметил, что гражданам важно перетерпеть страдания, потому что «даже если погибнут, получат ранения и будут страдать от голода сотни тысяч мирных жителей, даже если будут разрушены и сожжены миллионы домов», для дипломатии понадобится определенное время. Здесь уместно вспомнить о том, что Сидэхара был умеренным политиком.

Видимо, на самой вершине государственной власти в Высшем совете настроения были такие же. Высший совет обсуждал вопрос о том, насколько важно, чтобы Советский Союз сохранял нейтралитет – и в то же время, его члены ничего не говорили о последствиях бомбардировок. Из сохранившихся протоколов и архивов видно, что на заседаниях Высшего совета бомбежки городов упоминались всего два раза: один раз вскользь в мае 1945 года и второй раз вечером 9 августа, когда прошла обширная дискуссия по этому вопросу. Исходя из имеющихся фактов, трудно говорить о том, что японские руководители придавали хотя бы какое-то значение авианалетам на города – по крайней мере, по сравнению с другими неотложными проблемами военного времени.

Генерал Анами 13 августа заметил, что атомные бомбардировки страшны ничуть не больше, чем обычные авиаудары, которым Япония подвергалась на протяжении нескольких месяцев. Если Хиросима и Нагасаки были ничуть не страшнее обычных бомбардировок, и если японское руководство не придавало этому особого значения, не считая нужным обсуждать данный вопрос подробно, то как атомные удары по этим городам могли принудить их к капитуляции?

Стратегическая значимость


Если японцев не беспокоили бомбежки городов в целом и атомная бомбардировка Хиросимы в частности, то что их вообще беспокоило? Ответ на этот вопрос простой: Советский Союз.

Японцы оказались в довольно сложной стратегической ситуации. Приближался конец войны, и они эту войну проигрывали. Обстановка была плохая. Но армия по-прежнему была сильна и хорошо снабжалась. Под ружьем было почти четыре миллиона человек, и 1,2 миллиона из этого числа стояли на охране японских островов.

Даже самые неуступчивые японские руководители понимали, что продолжать войну невозможно. Вопрос заключался не в том, продолжать ее или нет, а в том, как ее завершить на лучших условиях. Союзники (Соединенные Штаты, Великобритания и прочие – вспомним, что Советский Союз в то время еще соблюдал нейтралитет) требовали «безоговорочной капитуляции». Руководство Японии надеялось, что ему удастся как-то избежать военных трибуналов, сохранить существующую форму государственной власти и некоторые из захваченных Токио территорий: Корею, Вьетнам, Бирму, отдельные районы Малайзии и Индонезии, значительную часть восточного Китая и многочисленные острова в Тихом океане.

У них было два плана получения оптимальных условий капитуляции. Иными словами, у них имелось два стратегических варианта действий. Первый вариант дипломатический. В апреле 1941 года Япония подписала пакт о нейтралитете с Советами, и срок действия этого пакта заканчивался в 1946 году. Группа гражданских в основном руководителей во главе с министром иностранных дел Того Сигэнори возлагала надежду на то, что Сталина удастся убедить выступить в качестве посредника между США и союзниками с одной стороны, и Японией с другой, чтобы урегулировать ситуацию. Хотя этот план имел мало шансов на успех, он отражал вполне здравое стратегическое мышление. В конце концов, Советский Союз заинтересован в том, чтобы условия урегулирования были не очень благоприятными для Соединенных Штатов – ведь усиление американского влияния и мощи в Азии неизменно означало бы ослабление российской власти и влияния.

Второй план был военный, и большинство его сторонников, которых возглавлял министр армии Анами Корэтика, были людьми военными. Они возлагали надежды на то, что когда американские войска начнут вторжение, сухопутные войска императорской армии нанесут им огромные потери. Они полагали, что если удастся добиться успеха, из США удастся выбить более благоприятные условия. У такой стратегии тоже было мало шансов на успех. Соединенные Штаты были решительно настроены на то, чтобы добиться от японцев безоговорочной капитуляции. Но поскольку в военных кругах США существовала обеспокоенность по поводу того, что потери при вторжении окажутся непомерно большими, в стратегии высшего командования Японии была определенная логика.

Чтобы понять, какова истинная причина, вынудившая японцев капитулировать – бомбардировка Хиросимы или объявление войны Советским Союзом, надо сравнить, как два этих события повлияли на стратегическую ситуацию. После атомного удара по Хиросиме по состоянию на 8 августа оба варианта были еще в силе. Еще можно было попросить Сталина выступить посредником (в дневнике Такаги есть запись от 8 августа, которая показывает, что некоторые японские руководители все еще думали о привлечении Сталина). Еще было возможно попытаться провести одно последнее решающее сражение и нанести противнику большой урон. Разрушение Хиросимы никак не повлияло на готовность войск к упорной обороне на берегах родных островов. Да, позади них одним городом стало меньше, но они все равно были готовы сражаться. У них было достаточно патронов и снарядов, а боевая мощь армии если и уменьшилась, то очень незначительно. Бомбардировка Хиросимы не предрешила ни один из двух стратегических вариантов Японии.

Однако эффект от объявления Советским Союзом войны, его вторжение в Маньчжурию и на остров Сахалин был совсем иным. Когда Советский Союз вступил в войну с Японией, Сталин уже не мог выступать в качестве посредника – теперь он был противником. Поэтому СССР своими действиями уничтожил дипломатический вариант завершения войны. Воздействие на военную обстановку было не менее драматичным. Большая часть лучших японских войск находилась на южных островах страны. Японские военные совершенно правильно предполагали, что первой целью американского вторжения станет самый южный остров Кюсю. Когда-то мощная Квантунская армия в Маньчжурии была чрезвычайно ослаблена, поскольку ее лучшие части были переброшены в Японию для организации обороны островов. Когда русские вошли в Маньчжурию, они просто смяли некогда элитную армию, и многие их части останавливались лишь тогда, когда заканчивалось топливо. 16-я армия Советов, численность которой составляла 100000 человек, высадила десант в южной части острова Сахалин. Она получила приказ сломить там сопротивление японских войск, а затем в течение 10-14 дней подготовиться к вторжению на остров Хоккайдо, самый северный из японских островов. Хоккайдо обороняла 5-я территориальная армия Японии, состоявшая из двух дивизий и двух бригад. Она сосредоточилась на укрепленных позициях в восточной части острова. А советский замысел наступления предусматривал высадку на западе Хоккайдо.

Не надо быть военным гением, чтобы понять: да, можно провести решающее сражение против одной великой державы, высадившейся на одном направлении; но невозможно отражать нападение двух великих держав, ведущих наступление с двух разных направлений. Советское наступление свело на нет военную стратегию решающего сражения, как ранее оно обесценило дипломатическую стратегию. Советское наступление стало решающим с точки зрения стратегии, ибо оно лишило Японию обоих вариантов действий. А бомбардировка Хиросимы решающей не была (потому что никакие японские варианты она не исключила).

Вступление Советского Союза в войну также изменило все расчеты, касающиеся времени, оставшегося для совершения маневра. Японская разведка прогнозировала, что американские войска начнут высадку лишь через несколько месяцев. Советские же войска могли оказаться собственно на японской территории в считанные дни (в течение 10 дней, если говорить точнее). Наступление Советов смешало все планы, касающиеся сроков принятия решения об окончании войны.

А ведь японские руководители пришли к такому выводу еще за несколько месяцев до этого. На заседании Высшего совета в июне 1945 года они заявили, что если Советы вступят в войну, «это определит судьбу империи». Заместитель начальника штаба японской армии Кавабэ на том совещании заявил: «Поддержание мира в наших отношениях с Советским Союзом это непременное условие продолжения войны».

Японские руководители упорно не желали проявлять интерес к бомбардировкам, которые уничтожали их города. Наверное, это было неправильно, когда в марте 1945 года начались авианалеты. Но к тому времена, как на Хиросиму упала атомная бомба, они были правы, считая бомбежки городов несущественной интермедией, не имеющей серьезных стратегических последствий. Когда Трумэн произнес свою знаменитую фразу о том, что если Япония не капитулирует, ее города подвергнутся «разрушительному стальному ливню», в США мало кто понимал, что разрушать там почти нечего. К 7 августа, когда Трумэн озвучил свою угрозу, в Японии оставалось лишь 10 городов с населением более 100000 человек, которые еще не подверглись бомбардировкам. 9 августа была нанесен удар по Нагасаки, и таких городов осталось девять. Четыре из них находились на северном острове Хоккайдо, бомбить который было трудно из-за большого расстояния до острова Тиниан, где дислоцировалась американская бомбардировочная авиация. Военный министр Генри Стимсон (Henry Stimson) вычеркнул древнюю столицу Японии из списка целей для бомбардировщиков, поскольку она имела важное религиозное и символическое значение. Так что, несмотря на грозную риторику Трумэна, после Нагасаки в Японии осталось лишь четыре крупных города, которые можно было подвергать атомным ударам.

О тщательности и размахе бомбардировок американских ВВС можно судить по следующему обстоятельству. Они разбомбили так много японских городов, что в итоге были вынуждены наносить удары по населенным пунктам с населением 30000 человек и меньше. В современном мире такой населенный пункт и городом-то назвать трудно.

Конечно, можно было повторно нанести удар по городам, которые уже подверглись бомбардировкам зажигательными бомбами. Но эти города были уже разрушены в среднем на 50%. Кроме того, Соединенные Штаты могли сбросить атомные бомбы на маленькие города. Однако таких нетронутых городов (с населением от 30000 до 100000 человек) в Японии оставалось всего шесть. Но поскольку в Японии от бомбежек уже серьезно пострадали 68 городов, а руководство страны не придавало этому никакого значения, вряд ли стоило удивляться тому, что угроза дальнейших авиаударов не могла произвести на них большое впечатление.

Удобная история

Несмотря на три этих мощных возражения, традиционная интерпретация событий по-прежнему очень сильно влияет на мышление людей, особенно в Соединенных Штатах. Налицо явное нежелание смотреть в глаза фактам. Но вряд ли это можно назвать неожиданностью. Нам стоит вспомнить, насколько удобным традиционное объяснение бомбардировки Хиросимы является в эмоциональном плане – как для Японии, так и для США. Идеи сохраняют свою силу, потому что они правдивы; но к сожалению, они могут сохранять силу и от того, что отвечают потребностям с эмоциональной точки зрения. Они заполняют важную психологическую нишу. Например, традиционное толкование событий в Хиросиме помогло японским руководителям добиться ряда важных политических целей, как внутри страны, так и на международной арене.

Поставьте себя на место императора. Вы только что подвергли свою страну разрушительной войне. Экономика в руинах. 80% ваших городов разрушено и сожжено. Армия разгромлена, потерпев серию поражений. Флот понес тяжелейшие потери и не выходит с баз. Народ начинает голодать. Короче говоря, война стала катастрофой, и что самое главное, вы лжете своем народу, не говоря ему о том, насколько в действительности плоха ситуация. Народ будет потрясен, узнав о капитуляции. Так что же вам делать? Признать, что вы потерпели полный провал? Выступить с заявлением, что вы серьезно просчитались, наделали ошибок и нанесли огромный ущерб своей нации? Или объяснить поражение удивительными научными достижениями, которые никто не мог предсказать? Если возложить вину за поражение на атомную бомбу, то все ошибки и военные просчеты можно будет замести под ковер. Бомба это идеальное оправдание проигрыша в войне. Не придется искать виноватых, не нужно проводить следствия и суды. Японские лидеры смогут сказать, что делали все возможное.
Таким образом, в общем и целом атомная бомба помогла снять вину с японских руководителей.

Но объяснив японское поражение атомными бомбардировками, удалось добиться еще трех вполне конкретных политических целей. Во-первых, это помогло сохранить легитимность императора. Поскольку война была проиграна не из-за ошибок, а из-за неожиданного появившегося у противника чудо-оружия, значит, император будет и дальше пользоваться поддержкой в Японии.

Во-вторых, это вызывало международные симпатии. Япония вела войну агрессивно, и особую жестокость проявляла к завоеванным народам. Другие страны наверняка должны были осудить ее действия. А если превратить Японию в страну-жертву, которую бесчеловечно и нечестно разбомбили с применением ужасного и жестокого инструмента войны, то можно будет как-то искупить и нейтрализовать наиболее мерзкие поступки японских военных. Привлечение внимания к атомным бомбардировкам помогло создать больше сочувствия к Японии и погасить стремление к самому суровому наказанию.

И наконец, заявления о том, что победу в войне обеспечила Бомба, льстят американским победителям Японии. Американская оккупация Японии официально закончилась лишь в 1952 году, и все это время США могли менять и переделывать японское общество по своему усмотрению. В первые дни оккупации многие японские руководители опасались, что американцы захотят отменить институт императора. А еще у них было другое опасение. Многие высшие руководители Японии знали, что их могут привлечь к суду за военные преступления (когда Япония капитулировала, в Германии уже судили ее нацистских лидеров). Японский историк Асада Садао (Asada Sadao) писал, что во многих послевоенных интервью «японские официальные лица … совершенно очевидно старались угодить своим американским интервьюерам». Если американцы хотят верить в то, что победу в войне обеспечила их бомба, зачем их разочаровывать?

Объясняя окончание войны применением атомной бомбы, японцы во многом обслуживали собственные интересы. Но и американские интересы они обслуживали тоже. Раз победу в войне обеспечила бомба, усиливается представление о военной мощи Америки. Усиливается дипломатическое влияние США в Азии и во всем мире, укрепляется американская безопасность. Потраченные на создание бомбы 2 миллиарда долларов не пропали зря. С другой стороны, если признать, что причиной капитуляции Японии было вступление в войну Советского Союза, то Советы вполне смогут заявить, что они за четыре дня сделали то, чего Соединенные Штаты не смогли сделать за четыре года. И тогда усилится представление о военной мощи и дипломатическом влиянии Советского Союза. А поскольку в то время уже полным ходом шла холодная война, признание решающего вклада Советов в победу было равноценно оказанию помощи и поддержки врагу.

Глядя на поднятые здесь вопросы, тревожно сознавать, что свидетельства о Хиросиме и Нагасаки лежат в основе всего того, что мы думаем о ядерном оружии. Это событие является неопровержимым доказательством важности ядерного оружия. Оно важно для обретения уникального статуса, ибо обычные правила неприменимы к ядерным державам. Это важное мерило ядерной опасности: трумэновская угроза подвергнуть Японию «разрушительному стальному ливню» стала первой открытой атомной угрозой. Это событие очень важно для создания мощнейшей ауры вокруг ядерного оружия, которая делает его столь значимым в международных отношениях.

Но если традиционная история Хиросимы подвергнута сомнению, что нам делать со всеми этими выводами? Хиросима - это центральная точка, эпицентр, из которого распространяются все прочие утверждения, заявления и притязания. Однако та история, которую мы сами себе рассказываем, далека от действительности. Что нам теперь думать о ядерном оружии, если его колоссальное первое достижение - чудесная и внезапная капитуляция Японии – оказалось мифом?

Уорд Уилсон – старший научный сотрудник исследовательской организации British American Security Information Council и автор книги «Пять мифов о ядерном оружии» (Five Myths About Nuclear Weapons). Данная статья является адаптированным отрывком из этой книги.

http://colonelcassad.livejournal.com/1162952.html