ОБЩИЙ ФОРУМ > ЛИТЕРАТУРА

Павел Петухов-Ваулин

(1/2) > >>

Vuntean:
Сказание о Китеже

66.3. В ОГНЕ

1. Виденье было на Руси
Мужам достойным чистой веры
По откровенью с небеси -
Кусочек дивной Святосферы...

Два мира были предо мной:
Один земной, другой небесный;
Один простой, родной, телесный,
Другой - неведомый, иной.

Они свободно пребывают
До сей поры один в другом.
Наш мир с тем миром не знаком.
О нём учёные не знают.

Святые люди лишь могли
Из праведных своих селений,
От всех мирских забот вдали
В минуты высших озарений
Духовно созерцать с Земли
Путём Божественных видений

Потусторонний вечный Свет.
Туда отсюда входа нет.

2. Тот мир - земного естества
Неколебимая основа.
В нём отразилась и жива
Святая суть всего былого.

Там есть селенья, города,
Озёра, реки, океаны,
Небесным светом осиянны.
Там первозданная среда

Времён невинности Адама.
Там совершенны все дела,
Природа чиста и светла,
Как в алтаре святого Храма.

Цветы и злаки и плоды
Там вырастают без порока.
Прекрасны вольные сады
И полны жизненного сока.
Текут ручьи живой воды
Из благодатного Истока.

По живописнейшим лугам
Звенит весёлый птичий гам.

3. Во Святосфере, как у нас.
Там те же реки и озёра.
Там есть Урал, Тибет, Кавказ.
Всё привлекательно для взора.

Там град святой Ерусалим,
Все грады царствия земного,
Моя деревня Горбунова,
Кабул, Тобольск, Атланта, Рим -

Все те столицы и селенья,
Что мир земной успел создать,
И освятила Благодать
Небесного благословенья.

Москва прекрасна и чиста,
Столица Русския Державы,
Великолепна, как мечта -
Кресты, да маковки, да главы.
Там Храм Спасителя Христа
Исполнен святости и славы,

Стоит в сиянии живой
Над православною Москвой.

4. Москву не продали с торгов,
Не растерзали, не убили.
Атаки злобные врагов
Москвы святой не осквернили.

Москва бывала сожжена,
Но то была Москва земная,
Кирпично-древо-посконная,
Не долговечная она.

Земные все материалы,
Да золото, да кирпичи,
Да хрустали, да кумачи,
Да изумруды, да кораллы -

Всё, даже мрамор и гранит,
Глагола времени боится,
Судьбы своей не покорит,
Закону смерти покорится.
Всё обветшает и сгорит,
В прах первозданный обратится.

Всё покорит глагол времён,
И не останется имён.

5. Но что Творец благословил
Да утвердил по нашей вере,
А мастер добрый сотворил -
То будет тут и в Святосфере.

Там будет вечно. Тут - до дня.
Там - неизменно. Тут - ветшая.
Там - без греха. Тут - согрешая.
Там - сфера Духа. Тут - огня.

Что в нашем мире сотворилось
И увенчалося концом -
Благословенное Творцом
Во Святосфере отразилось.

Придут лихие времена.
Забудут грешники о небе.
Начнётся страшная война.
Разрушит храмы сатана
в Москве, в Крыму, в Аддис-Абебе.

Потом огонь пройдёт стеной
и обожжёт наш шар земной.

6. Но что огонь? Он только тут.
Он Святосферы не коснётся.
Туда ракеты не придут.
Там всё достойное спасётся.

Ни смерч, ни пламя, ни вода
Там ничему не угрожают,
Дворцов и хат не разрушают
И не бушуют никогда.

Что говорили нам пророки,
Пугая огненным конём?
Наш скорбный мир сгорит огнём.
Не подошли ли эти сроки?

Кто слышал неба вещий глас
И о Содоме и о Ное?
Нагрянет скоро этот час.
Сгорит всё тленное, земное.
Пустыня будет после нас
Да колыханье водяное.

Но что достойно вечно быть,
Во Святосфере будет жить.

7. Во Святосфере лепота.
Там вся материя иная,
Нетленна, вечна и чиста,
С высот небесного Синая.

Там ламы кроткие живут,
И лани вольные гуляют,
Колибри чудные летают
И аромат небесный пьют.

Там беспорочно жизни лоно.
Во Святосфере нет людей.
С прекрасной Евою своей
Там жил Адам во время оно.

Он через Еву стал земным,
Природой весь переродился,
Нагадил всем своим родным
И в нашем мире очутился.
Стал хилым, вялым и больным,
Хлеб добывал, в поту трудился.

С тех пор Адамовы сыны
Той Святосферы лишены.

8. Но Святосфера не пуста.
Бывают гости там из рая -
Цари, апостолы Христа,
А также публика простая -

Крестьяне, воины, попы,
Торговцы, плотники, монахи,
За правду шедшие на плахи
Под вой бушующей толпы.

Поодиночке и гурьбою
Святых увидеть можно там -
Гуляют по родным местам,
Ведут беседы меж собою.

Я вижу много там родни
Веков Христова воскресенья.
Во Святосфере все они
С Христова Дня до Вознесенья,
Скорбят и молятся все дни
Во имя нашего спасенья.

Потом идут обратно в рай,
Взглянувши на родимый край.

9. Никак, ни разу, никогда
Я не бывал во Святосфере.
Дверей отсюда нет туда.
Рассказ о ней веду по вере.

По вере слышу я привет,
Глагол времён далёких чуя,
Навстречу горних сфер лечу я
И Святосферы вижу свет.

Во Святосфере вижу храмы,
Места святые давних лет -
Их на земле давно уж нет,
Их разорили злые хамы,

Не пощадили их века,
Скала от бурь не оградила,
Завоевателя рука
Безбожно грубо осквернила,
Спалил огонь, снесла река,
И пыль земная схоронила.

Но Святосфера всё хранит
И Землю с Вечностью роднит.

10. А иногда наоборот,
Бывают мнимые творенья.
Что во грехах создал народ,
Что лишено благословенья -

Того во Святосфере нет,
Оно не вечное, земное,
Геенне огненной родное,
Оно живёт не много лет.

Чуть сотряслась земли основа,
Огонь пришёл или вода -
И всё исчезло без следа.
Таков удел всего земного.

Во Святосфере не найти
Ни догнивающей хибарки,
Ни заполярного пути
От Воркуты и до Игарки,
Ни тварей мирных взаперти
В бесчеловечном зоопарке,

Ни мавзолея, ни метро.
Там совершенное добро.

Vuntean:
11. И вот, народная волна
Течёт в подвалы, в катакомбы.
Огнём ударила война.
Сверкнули атомные бомбы.

Кто мог остаться в стороне?
Земля топилася от жара.
На ней свидетели пожара
Сгорели в атомном огне.

Душа свидетеля живая
Такие ужасы войны
Могла узреть со стороны,
Во Святосфере пребывая.

Во Святосфере нет войны.
Не слышно взрывов, грома, воя.
Там катакомбы не нужны.
Стоят Корсунь, Помпея, Троя,
Великолепия полны.
Там царство вечного покоя.

Оттуда поглядим сюда,
Какая ныне тут страда.

12. Проснулся хамский Вашингтон.
Готово смелое решенье.
Приказы мечет Пентагон
Начать последнее сраженье.

Ад Люциферов, веселись!
Все корабли, форты и базы
Его исполнили приказы -
Ракеты-молнии взвились.

Несут ракетные снаряды
Огонь последнейшей войны.
Столицам больше не нужны
Дипломатия да парады.

Везде тревога да аврал.
С Аляски, с Сахалина, с моря
На Вашингтон и на Урал,
С одними молниями споря,
Стремится смертоносный вал.
Не будет радостей и горя.

Ракеты смерть всему несут.
Последний гимн. Последний суд.

13. Минут на двадцать лишь едва
Москва врага опередила.
Хоть начала войну Москва,
Но спящим запад не накрыла.

Москва узнала, что сейчас
Американские ракеты
Несут ответные приветы
И страшный отдала приказ:

Пустить нейтронные заряды
Особой силы и огня.
О них до рокового дня
В печати не было ни фразы.

Приказ секретным округам,
Особым спецракетодромам
Огнём ударить по врагам -
Дать волю боевым нейтронам
Атаковать природы храм;
По всем естественным законам

От них погибнет вся среда,
Нейтрализуясь без следа.

14. Такая сила поднялась,
Грозя крушеньем белу свету,
Что если сразу ей упасть,
Разбило в клочья бы планету.

Вся жизнь закончится в огне,
И люди будут все убиты,
И шар земной сойдёт с орбиты
По человеческой вине.

И эта атомная сила
Вся устремилась в небеса -
Планета через полчаса
Нам будет братская могила.

Идёт погибель для зверей,
Для рыб морских и птиц небесных,
Для добрых и худых людей,
Для знаменитых и безвестных,
Для либеральнейших идей
И для правителей бесчестных.

Перемолотит всё война,
Придут покой и тишина.

15. Сейчас с подлодок и с земли
Антиракетные снаряды
Встречать противника пошли.
Что проку от такой преграды?

Они устроили бега.
Они маневренны и скоры.
Они идут, как метеоры,
По небу в поисках врага.

Они блуждали и искали
На небе атомных ракет -
Хоть беспределен белый свет,
Но находили и сбивали.

Одни ракеты не дошли,
Они в полёте были сбиты.
Другие цели не нашли,
Сошли ошибочно с орбиты
И не достигнувши земли,
Сгорели, как метеориты.

Но очень многие, придя,
Цель поразили, не щадя.

16. О разразившейся войне
Народы многие не знали -
Они стояли в стороне
И роли вовсе не играли:

Имея атомный запас,
Указы хамов исполняли,
Хвостами ласково виляли
И не жалели склизких фраз.

Одни обиженные ходи
Ракет пустили тысяч семь
На головы соседям всем,
Приветственных посланий вроде.

У ходей цель была ясна -
Под общий шум столпотворенья,
Пока убийство да война,
Убавить надо населенья,
Чтобы дышать могла страна,
И ходям не было стесненья.

Соседей били всех гуртом.
Там разберёмся, мол, потом.

17. Мир под ударом. Две волны
Идут навстречу друг на друга -
Одна с восточной стороны,
В обход и с севера и с юга,

Спешит Америку накрыть
И сжечь её до основанья,
Чтоб не осталося названья,
Чтобы Америке не быть;

Другая с запада стремится
Огнём ударить на восток,
Чтоб затопил огня поток
Всё, что живёт и шевелится.

Напрасно с  атомным огнём
Шутить затеяли людишки
И растворить хотели в нём
Свои греховные страстишки.
Дрались бы лучше кистенём,
Пустили в ход бы кулачишки...

Решили атом раскусить.
Теперь пожар не погасить.

18. Земля летит ещё пока
И пишет по небу дорогу
Через пространства и века,
Молитвы воздавая Богу.

На небе ей преграды нет.
Века её пролдятся вечно.
Кружиться в вальсе ей беспечно
Среди подруженек планет.

Прекрасной звёздочкой сияя,
Ей вечно реять в небесах
И на эфирных парусах
Стремиться, весело играя!

И не считал никто бы дней!
И было вечное добро бы!
Но зародилися на ней
Наизловредные микробы -
От тех микробов, от людей,
Явилось много зла и злобы.

Огонь они изобрели
И на земле пожар зажгли.

19. В пожаре этом виноват
Хам Шалаган, мертвец духовный.
Он сановит и хамоват,
Генералиссимус верховный.

Он доносил и убивал,
Сексотом был в военной части,
Легко достиг высокой власти,
А там и в маршалы сыграл.

Он каждый раз, меняя ранги,
Менял квартиру и жену,
Легко присваивал казну,
Привёз наложниц из Катанги.

В его руках теперь штурвал.
Среди вождей - он вождь заглавный.
Других куда-то чёрт девал.
Он, комиссар полка недавний,
Совсем уж не подозревал,
Что поведёт корабль державный.

Но кораблю тому идти
Осталось полчаса пути.

20. Хам придвигает телефон
И словеса орёт такие:
- Хат лайн! Вайт Хаус! Вашингтон!
Кто? Президент? Дела плохие.

Страну свою оповести.
На вашу сторону планеты
Пошли советские ракеты.
Лететь осталось треть пути.

Не улыбайтесь. Будет трабэл.
Не знаю, сколько. Ты не прав.
Гораздо больше, чем энаф.
Возможно, трипэл. Или дабэл.

Да перспективы таковы.
В живых? Немыслимо. Не ясно.
Не будет шансов у Москвы.
В геенну всех! Единогласно!
Мы будем дольше жить, чем вы.
Минут на двадцать. И прекрасно!

Планета? Отдыхать должна?
Ха-ха! Да будет ли она!

Vuntean:
21. Россия? Первой начала?
Не врите! Русь не виновата!
Она интриги не плела.
Нет, ваша память мелковата.

Кто погубил у нас царя?
Хозары? Печенеги? Гунны?
Вы! Ваши хамы! Лоеб Куны!
Вас проклинает мир не зря.

Вы много золота бросали
На зло, на яд, на клевету.
Руси святую чистоту
Хулили, пачкали, кусали.

Когда Россия бы жила,
Не удирали вы тайком бы,
Не причинив народам зла,
На Аппалачи в катакомбы.
За ваши чёрные дела
Летят к вам атомные бомбы.

Но не сердитесь. Вы - гуд гай.
Имею честь. Гуд лак. Гуд бай. -

22. Откуда речи таковы
У шалагана, у хамита?
Он не лишён был головы,
Лишь честь пока была убита.

Перед концом воспрянул страж.
Всё стало ясно до предела.
Душа очиститься хотела.
Исчез томительный мираж.

Внезапно весь переменился
Генералиссимус злодей -
От мерзопакостных идей
С презреньем сразу отвратился.

Так изменяют всё века.
Всё знает время, место, меру.
Всё будет пепел да мука.
Имея истинную веру,
Оставим ныне мир пока,
Перелетим во Святосферу

И поглядим за океан.
Там скоро будет ураган.

23. Последний жалкий президент
По телевизору вещает:
- Пришёл ужаснейший момент.
Господь неверных не прощает.

Как нас постиг такой конец?
Мы шли всё время на уступки,
Толкли полвека воду в ступке.
Нас презирали, как овец.

Мы сионистам всё отдали.
Сион посеял всюду ложь,
Расчеловечил молодёжь.
Мы всуе сослепу блуждали.

Мы предавали всех кругом,
А сионисты всё наглели.
Они ломили напролом.
Мы защищаться не хотели.
За то нам будет поделом.
Мы шли в грядущее без цели.

Наш либеральный строй зачах
В демагогических речах... -

24. Маячит вашингтонский мост.
Над ним зловещая комета
Бесстыже задирает хвост.
Ещё далёко до рассвета.

Везде предутренний покой.
Ещё в небесном океане
Звёзд вековечных ликованье.
Туманец лёгкий над рекой.
 
Не слышно грохота и гула.
Автомобили не гудят.
Умолкли визги негритят.
Нью-Йорк уснул. Земля уснула.

В подворьи молится скорбя
Блаженный старец Анастасий.
Печально плачет, всех любя,
Микола на иконостасе.
Смеясь чему-то про себя,
Детишки спят у Тома Стаси.

Над Вавилоном звёздный сон -
Спит человечий Вавилон.

25. Тревога грянула тогда.
Проснулись люди, побежали,
Полураздеты, без стыда.
Не ясно всё соображали,

Куда бежать, и что нести,
Какие шансы под землёю
Не стать лепёшкой и золою
И душу грешную спасти.

Напрасно, страхами гонимы,
И завывая и гудя,
Свои моторы не щадя,
Автомобили одержимы

Метались дико, без ума,
Ища дороги для спасенья.
Внезапно наступила тьма.
Сигналов нет. Всё без движенья.
Была сплошная кутерьма -
Начало светопреставленья.

Тяжёлый гул колоколов
О смерти возвещал без слов.

26. Вдруг в небе молния взвилась.
Огонь сверкнул. И гром вдруг грянул.
Земля от грома сотряслась.
Смерч огнедышащий воспрянул.

Великий город весь в огне.
Грохочут грозные удары.
Небесный вестник Божьей кары
Летит на огненном коне.

Взметнулся к небу смерч из ада,
Из первозданного огня,
Ни горный кряж и ни броня
Огню такому не преграда.

Свирепой ярости полна,
Мосты и здания срезая,
Катилась грозная волна,
Ни ям, ни гор не замечая -
Из люциферова горна
Огонь явился, всё сжигая,

Всё перемалывая в прах.
Отрёкся от людей Аллах.

27. А что касается людей,
Они исчезли, растворились.
Страдалец кроткий, хам злодей -
Во прахе все соединились. 

Напрасно жадно богачи
Свои сокровища копили,
За них дрожали, их хранили
И озирались как сычи.

Они в убежища удрали
И там с богатством в глубине,
Мгновенно не сгорев в огне,
В мученьях долгих умирали.

Гомеры наши не могли
Создать заранее картины
Ужасной гибели земли
Затем, что модные кретины
За Маяковскими пошли,
Держась дозволенной рутины.

В глаголах не было огня.
Пуста и жалка пискотня.

28. Писакам нынешним нужна
От мертвечины модернизма,
Как от смердящего говна
Всеочищающая клизма.

Они истошно верещат
На современнейшие темы.
Поэты истинные немы.
Писаки пошлые трещат.

Они в похабно наглом треске,
Натужась истину изречь,
Высокопарно держат речь,
Нахально вычурны и резки.

Их амплитуда широка.
В них гениальности излишек.
Карабкаясь на облака,
Вверху страдая от одышек,
Взирают гордо свысока
На нас, на маленьких людишек.

Пророки, гении с лица,
В утробах пицца да маца.

29. Погибель в атомном огне
Описывать совсем не просто.
Страстей пришлось увидеть мне
Процентов так на девяносто -

Колхоз, войну, свинцовый град,
Расстрелы, хлебозаготовки,
Лишенья, холод, голодовки,
В тисках железных Петроград,

Паденье вековых устоев,
Смерть раскулаченных детей,
Погибель душ в плену идей,
Расчеловечение гоев;

Прошёл глобальную войну,
В которой хам без сожаленья
Страну направил на страну
Во имя самоистребленья,
Прошёл чужбину, жил в плену -
Всё это жизни наблюденья.

Живого слова благодать
Всё это может передать.

30. Я не был в атомном огне,
Где танцевали люциферы.
Тогда виденье было мне
Со стороны, из Святосферы.

Природа, чувствуя, ждала.
Она молилась и молчала...
Сверкнула молния сначала
И небо пламенем зажгла

И всё живое ослепила.
Потом последовал удар,
Всё растопил великий жар.
Иная эра наступила.

Так всё погибнет. Всё умрёт.
Последний час земной невзгоды.
Исчезнет без следа народ,
И прекратятся наши годы.
Так было сказано вперёд.
Огонь ненашенской природы

Из ада вызвал человек
Укоротить планеты век.

Vuntean:
31. Довольно грустные труды
Людей описывать мученья,
Печали их и злоключенья.
Да в том и нет уже нужды.

Земля кипящая горит,
И пламя атомное пышет,
Смерть чёрным знаменем колышет
И дело страшное творит.

Пожар великий в Вавилоне
Всё беспощадно пожирал.
Там Люцифер справляет бал.
Там сатана сидит на троне.

Пожар шумел и рокотал,
На воле весело играя,
Всё на пути своём глотал,
Великим жаром расплавляя
Цемент и камни и металл,
Погибель миру предвещая.

Великий гибнет Вавилон.
Судьба миров. Глагол времён.

32. В аду кромешном торжество.
Туда идут миллионеры,
Всё сионистское родство,
Вожди, продажные премьеры,

Идут полки профессоров,
Все кардиналы, дуки, графы,
Все юнионы Джимми Хафы,
Отряды шулеров, воров,

Идут шпионы, журналисты,
Попала даже греков часть,
Атеистическая мразь -
Все коммунисты и чекисты.

На торжестве полно гостей
У люцифера-фараона
Из всех краёв и областей:
Все толкователи закона,
Солидаристы всех мастей,
Все шерамыжники ООНа -

Демократической шпаны
Не перечесть у сатаны.

33. Всё полушарие в огне
От Аргентины до Канады.
Из Святосферы видно мне
Места, где раньше были грады.

Во Святосфере те места
Совсем целёхоньки стояли,
Дворцами новыми сияли.
Везде порядок, чистота.

Я вижу стриты Вашингтона
В неповторимой белизне,
Собор, законченный вполне,
Конгресс, великий храм закона.

Лёг по Манхаттану Бродвей,
Лишённый шума и оравы.
Я вижу множество церквей
И Свято-Троицкие главы
Среди увалов и полей -
Далёкий остров русской славы.

Здесь всё - нетленная среда.
Там всё исчезло без следа.

34. Генералиссимус и хам
Оповестить решил державу
О том, что дело ныне хлам.
Он не орал ура и славу.

Он не ругал попов, царей,
Не проклинал капиталистов
И мракобесных монархистов
И бутафорных королей.

Он не пускал в эфир туманы.
Он просто выразился так:
- Проклятый Ленин был дурак.
А мы - евонные бараны.

Война! Америки уж нет.
Она погибла без возврата
От наших атомных ракет.
Погибла смертию солдата,
Дав предварительно ответ...
Последняя настала дата.

Нам больше не о чем тужить.
Секунды остаются жить.

35. Когда стояли у руля
Цари да ветхие монахи,
Держалась русская земля,
Нас не преследовали страхи.

Но Русь стояла на пути
И всякой нечисти мешала,
Крестом дорогу преграждала,
Держала бесов взаперти.

Враги зубами скрежетали,
Весь мир и папу покоря
И в православного царя
Огни и молнии метали.

Премьеры, папы, короли
Через идеи да газетки
Проклятым бесам помогли
Внезапно вырваться из клетки,
А те атаку повели.
Удары в спину были метки.

Трон зашатался и упал.
Так начался бесовский бал...

36. Нам оправданья не найти.
Мы бесы, сатанисты, хамы.
Мы совращали вас с пути.
Мы разрушали ваши храмы.

А вы орали нам ура.
Вы почему ура кричали?
Вы почему не обличали?
Зачем терпели нас вчера?

Где ваша Русь? Где ваша вера?
Где ваши троны, алтари?
Иваны где богатыри?
Боялись хама изувера!

Огонь всемирный впереди.
Вот, завели куда халдеи.
А я и прочие вожди -
Мы только жалкие лакеи,
С бесовским пламенем в груди
Чужой и чуждой нам идеи.

Мы - подлецы, ведущий класс,
Тираним всех - себя и вас.

37. Долгонько нас терпел Творец.
Лжи, табаку, обману, пьянству -
Всем безобразиям конец,
Конец неистовству и хамству... -

Сверкнул огонь. Рванул удар.
Хам не успел закончить речи.
Вскипели огненные смерчи.
Начался атомный пожар.

В огне Российская держава.
Внезапно вспыхнула сперва
Хамодержавная Москва,
Лукава, грешна и кровава.

Кто может плакаться по ней,
Лишённой славы и короны
И убивающей царей
И попирающей законы?
Мертва Москва без алтарей.
Сгубили хамы фараоны,

В кровавый бросив океан
Сто миллионов христиан.

38. А где железные полки,
Мортиры, танки, огнемёты,
Гранатомёты, миномёты?
Всё это были пустяки.

Войну последнюю вели
Сигналы, кнопки, автоматы.
Сержанты, маршалы, солдаты
Не больше были, чем нули.

Все были жертвами, рабами
Своих же собственных машин -
Достигнув роковых вершин,
Науки стали нам гробами.

Никто из ружей не палил.
Никто в атаку не бросался,
Военных планов не чертил,
Брать в плен друг друга не пытался.
Тот Бога кротко восхвалил.
Тот трёхэтажно изругался.

От иудеевых идей
Погибли гой и иудей.

39. Идёт ударная волна
Великой огненной стеною.
Уничтожает всё она,
Течёт лавиною сплошною.

Она идёт, как ураган,
Всё на пути своём сметая,
Деянья рук людских глотая,
Срезая всё под чистоган.

Всё на пути её сгорает,
Бетон, железо и гранит,
Мгновенно плавится, кипит,
И всё живое умирает.

Из первозданной темноты
Удары грозно рокотали,
Дрожали горные хребты,
Сверкая, молнии играли,
И низвергаясь с высоты,
Крутые горы умирали.

И слышен, словно дальний звон,
Земных глубин тяжёлый стон.

40. От взрывов атомных ракет
Всё небо пламенем пылало.
Живущему спасенья нет.
Всё исчезало, умирало.

Закрылись солнце и луна
За дымовою пеленою.
Мрак воцарился под луною,
И прекратились времена.

В горах по берегам Дуная
Землетрясенья начались,
Земные недра сотряслись,
Потрескалась кора земная.

В иных местах земной коры
Явились впадины и щели.
Спокойно спящей до поры,
Потоки магмы закипели.
Вулканов грозные костры
С великой силою взревели.

Из сердца гибнущей земли
Потоки лавы потекли.

Vuntean:
41. Все бомбы взорваны давно.
Планета наша изменилась.
Всё сожжено и сметено.
В дым атмосфера обратилась.

Был сотрясён весь мир земной.
Кора земная нагревалась,
И катастрофа развивалась.
Сам человек тому виной.

Меж тем нейтронные снаряды
Нейтрализацию вели
Активных атомов Земли,
И нет реакции преграды.

Ритм поступательный исчез.
Земля движенье ускоряла,
Теряла свой обычный вес,
Свою орбиту отклоняла
Куда-то в глубину небес
И одиноко умирала.

Земля, утратив жизни свет,
Летит на кладбище планет.

42. С Землёй случилася беда.
От ран планета умирала...
Виденье было мне тогда.
Я на Москву пришёл с Урала.

Во Святосфере Благодать.
Там нет духовного раздора.
Туда не пустят хама вора,
Беды не надо ожидать.

Я видел вечную Россию.
Звенели там колокола.
Во всех соборах служба шла.
Цари служили там литию.

Они являются туда
Из Царства Божия частенько.
Им не потребны поезда.
Там расстояние близенько.
Оттуда я смотрел сюда,
Поднявшись выше на ступеньку.

Я содрогался от грехов
И праздных не писал стихов.

43. Мои родители пришли
С родными предками туда же.
Дискуссий праздных не вели,
Не говорили вовсе даже.

Тогда и вспыхнула война.
Солдат Петров нажал на кнопки.
У парня действия не робки.
Но это не его вина.

В ответ ракеты прилетели
На Петроград и на Москву.
На всё, что было наяву,
Из Святосферы мы глядели.

Сперва тревога на верхах.
Вожди метались, как гориллы.
Потом сигнал. Всеобщий страх.
Один удар великой силы -
Москва рассыпалася в прах,
И людям не нужны могилы.

Потом ещё один удар.
Всё истребил мгновенно жар.

44. Заря сиянья не зажжёт.
Не запоют, играя, дети.
Конь над полями не заржёт.
Так всё окончилось на свете.

Померкли яркие мечты.
И если всё минуло это,
К чему тогда играло лето,
Сияли звёзды с высоты?

Кто славой жизни насладится?
Кто всё объемлет и поймёт,
Куда всё сущее идёт?
Зачем вселенная вертится?

Земля пуста. Она мертвец.
Закрыты тайны небосвода.
То был истории конец,
Цивилизации народа.
Суров страдальческий венец,
И велика людей невзгода.

Но воссияет мир иной
В великой славе неземной.

45. Тогда внезапно было мне
Неповторимое виденье.
Я видел в атомном огне
Цивилизации крушенье.

Земная сфера отошла,
Но Святосфера сохранила
И в чистоте своей явила
Благословенные дела.

Стоят во Святосфере грады,
Соборы, церкви, терема,
Великолепные дома,
Одеты в светлые наряды.

Великих храмов купола,
Плоды трудов, наук, терпенья,
Веков бессмертные дела,
Искусств чудесные творенья -
Всё Святосфера вобрала,
Достойное благословенья.

Деянья временной Земли
В жизнь вековечную вошли.

46. Во Святосфере Русь жива.
Ликуют веси. Реют грады.
Стоит державная Москва,
Одета в лучшие наряды.

В Россию вложено трудов,
Полито кровушки и пота!
Шла многотрудная работа
Тяжёлых тысячу годов.

Одно с молитвой создавалось,
Другое так совершено.
Худое ныне сожжено.
Благословенное осталось.

Москва от погани чиста.
Нет мавзолея в этом граде,
Других нечистых мест до ста,
Напоминающих об аде.
Но Храм Спасителя Христа
Во всём торжественном параде

Вознёсся вечный и живой
Во Святосфере над Москвой.

47. И вся Россия предо мной
Раскинулась во Святосфере
Необозримой шириной,
Живущая по Божьей вере.

По берегам озёр и рек
Стоят крестьянские селенья -
И похвалы и удивленья
Простой достоин человек.

Высоко в небе вознеслися
Восьмиконечные кресты,
И с колокольной высоты
Золотозвоны разлилися.

Дома крестьянские - краса,
Таких пером не описати.
А за домами чудеса,
Златоколосые постати.
А над домами небеса
Да царство Божьей Благодати.

А где земная Русь? Она
Мертва, убита, сожжена.

48. А что Земля? Там Царь убит.
Там святотатства да хуленья.
Земля сошла со всех орбит,
Лишилась силы тяготенья.

Всё приняла земная грудь.
Её предатели топтали,
И хамы ей в лицо плевали,
Не благодарные ничуть.

Её поганили Пикассы.
Она носила Ильича,
Растлителя и палача.
Её взрывали, строя трассы.

Она кормила всех равно,
Водою чистою поила,
Рождала доброе зерно,
Всех одевала и хранила,
Давала светлое вино
И трупы наши хоронила.

Она давала нам цветы.
Мы только хрюкали, скоты.

49. Земли во мраке не найти.
Она луну с собой таскала,
Меняла вечные пути,
Орбиты новые искала.

Играли ею небеса,
Давали новые движенья,
Меняли скорости вращенья,
Перемещали полюса.

Она бессмысленно блуждала
В бездонной глубине небес.
Печальный след её исчез,
Она угасла и престала.

Святые звёзды вопроси,
Видали ли они планету,
Летящую по небеси,
Несущую куда-то в Лету
Останки праведной Руси,
Великим Пушкиным воспету?

Встречая, плакали ль они,
Творцом возжжённые огни?

50. Представив общества порок,
Я описал кончину света,
Какую я представить мог,
Не зная времени секрета.

Надеюсь, будет всё не так.
Надеюсь, это не случится.
Надеюсь, правда возродится,
И истребится лютый враг.

Божественное откровенье
Сияньем души озарит,
Царей на царство воцарит
И просветит умов затменье.

Гадать о будущем грешно.
Пророком быть не претендуя,
Сказал, что было мне дано.
По своему пути иду я,
Приемлю всё, что суждено.
Стопы и рифмы чередуя,

Скрепляю праздные слова.
И вот, ещё одна глава.

Навигация

[0] Главная страница сообщений

[#] Следующая страница

Перейти к полной версии